Когда сосед исчезает, оставив свою собаку на попечение героини, начинается опасное расследование. Её разыскивают загадочные люди, связанные с тайнами прошлого. Героине предстоит распутать клубок интриг, чтобы найти пропавшего и раскрыть секреты, скрытые в старинной рукописи антиквара.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Рукопись антиквара» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Когда сосед исчезает, оставив свою собаку на попечение героини, начинается опасное расследование. Её разыскивают загадочные люди, связанные с тайнами прошлого. Героине предстоит распутать клубок интриг, чтобы найти пропавшего и раскрыть секреты, скрытые в старинной рукописи антиквара.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Когда сосед исчезает, оставив свою собаку на попечение героини, начинается опасное расследование. Её разыскивают загадочные люди, связанные с тайнами прошлого. Героине предстоит распутать клубок интриг, чтобы найти пропавшего и раскрыть секреты, скрытые в старинной рукописи антиквара.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я почувствовала, что в этом свертке книга, и даже догадалась, что это – еще одна часть манускрипта.
Сердце мое забилось от волнения, но я не стала при докторе проверять свою догадку…
Я направилась к двери, но, уже выходя, повернулась и задала еще один вопрос:
– А кто такой Шерешевский?
– Понятия не имею. Назвал первую попавшуюся фамилию… меня, кстати, зовут Андрей.
И тут меня словно черт дернул за язык:
– А я Ле… Алена.
Чуть не назвала свое настоящее имя, в самый последний момент одумалась! Ведь предупреждал же меня Октавиан сто раз, чтобы была внимательнее!
Тут я совершенно некстати подумала, что стала редко о нем вспоминать, и о тех событиях, после которых моя с таким трудом налаженная жизнь превратилась в настоящий ад, тоже малость подзабыла. Это плохо, успокаиваться нельзя, говорил Октавиан, нужно все время быть начеку.
…Берри встретил меня громким, взволнованным воем. Это было странно, потому что, как я уже не раз говорила, Берри – очень спокойный воспитанный пес.
– Ну все, все, видишь – я пришла, вернулась к тебе, меня не было не так уж долго, – говорила я, расшнуровывая кроссовки. – Да что с тобой такое?
Берри выхватил кроссовку и начал ее трепать. Потом дернул меня за рукав куртки, потом потерся боком о джинсы. Неужели он чувствует запах хозяина? Но я ведь только стояла возле кровати Максима, я даже не трогала его.
Удивительное дело. Пришлось провести с ним беседу.
Когда я сказала, что Максим жив, Берри вскочил и бросился к двери, чтобы сейчас же, немедленно бежать к нему. Мне стоило огромных трудов уговорить его подождать до вечера."
"Весь день пес волновался – должно быть, ему передалось мое волнение. Он носился по квартире, отказывался от еды, только все время пил воду.
А когда в двенадцатом часу я начала одеваться, он вообще чуть с ума не сошел.
– Да возьму я тебя с собой, возьму! – успокоила я его. – У тебя вообще в сегодняшнем спектакле будет главная роль…
Я спустилась к соседке, что жила под квартирой Максима, и вызвала от нее такси, сказав как есть, что нужно везти Берри к Максиму. Старуха только головой покачала и сама предупредила диспетчера, что со мной будет собака, так что к дому подъехал просторный «универсал», в заднем отделении которого запросто мог бы поместиться не только Берри, но огромный сенбернар или тибетский мастиф.
Берри послушно запрыгнул в машину, и мы поехали.
Около больницы ночью было, конечно, не так оживленно, как днем, но время от времени подъезжали машины «скорой» и «неотложки».
Мы вышли из такси перед главными воротами и отправились в обход здания.
Около служебного входа в больницу нас уже поджидал Андрей. Он курил, но при нашем появлении погасил окурок и бросил его в металлическую банку.
– А я думала, врачи не курят.
– А я и не курю.
