В крохотном антикварном магазинчике он ненароком наслушался грустной истории: владелец сбежал, оставив за собой пыльную рукопись. Узнав, что женщина ищет исчезнувшего мужа среди этих страниц, он предложил ей помочь в поисках. С каждым днем они становятся все ближе к истине, открывая страшные тайны прошлого захваченного антиквариата......
Ну да, здесь же продаются элитные предметы интерьера, а «элитные» в переводе с современного новояза значит «дорогие»…
Я шла по проходу между шкафами и диванами, оглядываясь по сторонам.
Почему я так безоговорочно поверила хозяйке шоколадной лабрадорши? Почему вообразила, что встречу здесь таинственную знакомую Максима? И тем более, почему вообразила, что эта рыжеволосая дива поможет мне найти хозяина Берри?
Вот именно, судя по рассказам Маргариты, девица очень обеспеченная, значит, в этом магазине она не простой продавец.
"Я шла по магазину, и с каждым шагом надежда на благоприятный исход моей экспедиции таяла, как снеговик под яркими лучами весеннего солнца.
Людей в магазине было немного, но время от времени мне все же попадались озабоченные покупатели. В основном это были семейные пары, выглядевшие весьма обеспеченными. Но даже они испуганно вздрагивали при виде некоторых ценников. Точнее, вздрагивали мужья, нервно подергивались и мрачнели на глазах.
Обойдя очередной шкаф, я увидела еще одну характерную пару – пузатого лысого коротышку в черном кашемировом пальто и его длинноногую спутницу с кукольным личиком, отглаженными платиновыми волосами, увешанную сверкающими украшениями, как новогодняя елка игрушками. Вокруг них вертелась продавщица – высокая брюнетка с короткой стрижкой.
– Этот кабинет изготовлен известной сингапурской фирмой по специальному заказу, – вещала продавщица хорошо поставленным голосом.
Перед ними стояло несколько книжных шкафов, действительно очень красивых, и два кресла, обитых мягкой зеленой кожей. На полках этих шкафов были выставлены для красоты ряды книг в кожаных переплетах. Я уже хотела пройти мимо, как вдруг случайно увидела надпись на одном из корешков.
«Нюрнбергские часы и механические игрушки».
Именно эту книгу упоминал покойный писатель Бобиков в разговоре со своим будущим убийцей! Он говорил, что на этой книге проставлен такой же экслибрис, как на его издании «Процессов средневековых алхимиков»… Ой, на беду свою он про книгу вспомнил! Да если честно, на беду свою он того типа вообще в квартиру впустил!
Доверчивый был человек, про меня вот поверил, что я из издательства, документов и то не спросил.
