Помнишь, как ты впервые взялся за руль? Это была как запыльный носок, но смертельная привычка — ездить. Адреналин лез по штатному порядку и хотелось, чтобы завтра пришло побыстрее. Тогда ты верил, что работа руля полна романтики и приключений: свободу и дорогу — всего лишь с тебя и до того места. Но вдруг оказалось, что от истин не так много....
— Вот же попадос, — прошипела Гюрза. — Кажется, мы нарвались на прозрачного.
— В смысле, невидимку? — зачем-то спросил я.
— Если тебе так удобнее… Но по факту, это неправильно, его можно увидеть. Он скорее как чисто вымытые окна.
— Ага, и я после этого душнила, — ухмыльнулся я.
— Падай! — вдруг рявкнула она, и я без лишних вопросов рухнул на пол.
Над головой протрещала очередь, больно ударившая по ушам, а затем нечто смело́ Гюрзу с ног. Раздался грохот и у машины, в борт которой влетела девушка, разбилось стекло, а на двери осталась приличных размеров вмятина.
— Стреляй!– взвизгнула она, а дальше посыпался такой отборный мат, что у меня уши свернулись трубочкой.
Впрочем, мало кто станет выражаться высоколитературным языком в такие моменты. Даже представить себе это сложно.
Время шло даже не на секунды, вот только я никак не мог надавить на крючок.
Видимо, боль твари всё же испытывают. По ушам ударил её визг, больше похожий на ультразвук. У меня аж зубы от него свело. Зато Гюрза воспользовалась моментом. Извернувшись, она поджала ноги и умудрилась оттолкнуть от себя противника.
— Ты как? — Я подскочил к напарнице.
— До свадьбы заживёт, — отмахнулась она, но всё же без стона подняться не смогла.
— Надеюсь, не до нашей, — не очень смешно пошутил я.
— Камень подними, жених хре́нов, — ухмыльнулась она.
Я помог Гюрзе добраться до капота, на который она тут же уселась, подхватил окатыш, похожий на стеклянную бусину, сунул его в карман и рванул к канистре. Свинтил крышку, установил на её место специальный гофрированный носик и принялся переливать топливо в бак. При этом не забывал коситься на подругу и одновременно крутил головой на все триста шестьдесят.
