Поскольку эти дети считались незаконными, Средне-франкское королевство было разделено между братьями покойного, западно-франкским королем Карлом Лысым и восточно-франкским Людовиком Заикой. Получилось, что Рерик Священник вовремя переобулся, перебежав к первому.
Осенью на обратном пути в верховьях Днепра мы пересеклись с купеческим караваном, который следовал из Константинополя в Бирку, и узнали, что ромеи под командованием своего нового автократора сходили в поход на павликиан.
Как догадываюсь, новому правителю нужна была победа, чтобы убедить подданных, что бог на его стороне, что имеет право на корону. Получилось обратное, хотя бог все-таки был на стороне Василия, потому что помог удрать с поля боя.
Видимо, поражение сильно ударило по неокрепшей автократорской душе, потому что следующие два года он старался избегать сражений, только послал флот в Италию на помощь императору франков Людовику Второму. Само собой, и нас не нанимал, а напрашиваться мы не собирались, чтобы не сбить цену.
Мы через купцов запросили право прохода проливами в Средиземное море, намериваясь напасть на агарян, но нам мягко отказали, заявив, что сейчас не время для войн, что ромеи не хотят напрягать отношения с соседями. На Черном море нападать было не на кого, поэтому следующие два лета мы потратили на расширение территории, облагаемой данью.
Осенью восемьсот семьдесят первого года наши купцы привезли послание от автократора Василия.
Нас приглашали следующим летом присоединиться к походу на павликиан. Обещали пять тысяч номисм. Сумма показалась нам недостойной. Решили прибыть всей армией к Константинополю и там решить этот вопрос. Если нам не пойдут навстречу, не увеличат плату вдвое, тогда отправимся на Средиземное море. До нас дошли сведения, что арабы захватили остров Мальта. Почему бы не ограбить его?!
Весной по половодью мы проскочили днепровские пороги, после чего застряли на две недели на острове Хортица, ремонтируя суда, которые несколько лет стояли без дела.
Особенно сильно рассохся мой дубок. Предполагая это, я захватил из Самватаса много смолы, пеньки и дубовых досок и брусьев.
Заодно понаблюдали за торгом, пообщались с кочевниками и купцами. Патша Ерми сообщил мне, что печенеги опять начали просачиваться на правый берег Дона. Мол, надо бы вломить им еще раз.
