Арина шокирована словами Рохеиса. Он предлагает брак как способ решения ее проблем. Вместо свободы она будет жить в роскошном доме под крылом богатой матушки, где ее заботят даже детали жизни — от лечения до одежды. Страсть и ужас теснятся вместе в ее душе, когда Рохеис описывает сказочные возможности этого предложенного выбора....
Сейчас я обвела все это изобилие испуганным взглядом, гадая, в какую же сумму встанет моя фантазия. Соскучилась по привычной пище, называется.
- Это как так вышло? - спросила, наконец, оторвавшись от сладкого напитка. - Это такие цены в городе, что ужин на полтора десятка человек стоит как месячное жалование матроса?
Оказалось, что нет, дело не во мне лично, а в том, что меня отнесли к купеческому сословию. Две комнаты: для охраны с семьями и для матросов, а также сытное питание для них встало всего лишь в одну серебрушку.
Я попыталась разобраться в этой калькуляции более подробно, и была удивлена ответом -капитан Гарт понятия не имел, сколько что стоит конкретно.
- Это неприлично, - попытался он объяснить мне, косясь в сторону, будто опасаясь, что нас могут услышать.
- Как это? - не поняла я.
- Купцу неприлично считать медяки, - пояснил он мне, озираясь. - Я не могу пойти и спросить, сколько именно стоит наш ужин или ночлег, нам называют только общую сумму.
«Вот так подход,» - удивилась я.
- А если я все же спрошу? - попыталась докопаться до истины и увидела совершенно шокированный взгляд.
- Это крайне, - он выделил слово голосом, - крайне неприлично.
- То есть мне не ответят? - предположила я.
- Нет, конечно. Ответят. Но это испортит вашу репутацию. Напрочь испортит, - покивал он для убедительности.
- В смысле? - я совершенно ничего не поняла.
- Считать медяки - это неприлично, - повторил он снова. - Если кто-то узнает, то есть два варианта, что могут подумать: или человек крохобор или у него все настолько ужасно с деньгами, что он не в силах позволить себе приличный образ жизни.
- И с таким никто из купцов не будет иметь дело, - сообразила я, наконец.
Капитан Гарт кивнул с явным облегчением, раз я все поняла, и продолжил есть. Я же растерянно помешивала содержимое тарелки, утапливая ягоды и кусочки фруктов в белесую массу, отдаленно похожую на манку.
- А если не самим спросить, а отправить спрашивать слугу? - предложила я.
