Автор
В Нью-Йорке к госпоже Щебетиной звонит представитель крупного бизнеса. Катя, уверенная в шутке, не может поверить: кто среди её бывших одноклассников мог такое сделать? Гусев и Маркеловы исключены из списка подозреваемых — нет времени на выдумки. Остаётся лишь предполагать, что это могла быть Ксюта Беляева, в отъезде за границей. Встреча с неожиданным гостем окажется ключом к братской тайне века......
— Ее удивленный голос подтолкнул его руку с чайником, кипяток плеснулся мимо чашки на стол, оттуда — на джинсы. Пашкин выругался и почти бросил чайник на стол. Катя схватила полотенце, стала прикладывать к его штанам; кинулась за тряпкой — вытереть лужу на полу. Уронила сигарету.
Пашкин поднял сигарету и затушил ее в блюдце.
— Что ты сказала? — тихо переспросил он.
— Я тебя не люблю.
— И когда ты это поняла?
— Сегодня.
— Надеешься выйти там за миллионера? Витька Пашкин тебе маловат стал, да?
Катя отхлебнула холодного чая.
— Думаю, что вообще не буду выходить замуж, — спокойно ответила Катя.
— Действительно, зачем тебе? Ты теперь богатая у нас. Капиталистка. Вот когда ты на зарплату бюджетную перебивалась, тогда — да! Как ты Витьку Пашкина встречала? Висла на нем как на звезде какой. А когда я шубу тебе подарил, помнишь? Ты с меня всю ночь не слазила! Шубой укрывались. А кто тебя десять лет «мишками» кормил? Не думал я, что ты такой сукой окажешься!
Катя достала новую сигарету и закурила.
— Наследство здесь ни при чем, — сказала она.
— Тогда что же? Новая любовь? — зло спросил Виктор. Он входил в раж. Если он сейчас узнает имя соперника — тому не жить. Это однозначно.
— У меня никого нет, — все так же спокойно ответила Катя, выпуская дым.
Пашкину показалось: она не врет. Он уставился на нее, не в силах оторвать глаз. Какая она сейчас! Прямая, отрешенная, равнодушная. Какая-то далекая, почти нереальная в клубах сигаретного дыма. Она вдруг перестала быть маленькой влюбленной девочкой.
У нее появилась тайна. Сторона жизни, о которой он ничего не знал. Когда с ней произошло это превращение? Еще три месяца назад она была его зеркалом, его верной любящей Катькой, Котенком… Что же могло произойти зато время, которое он провел с Лилей в Сочи? Зачем он потащился в этот Сочи, идиот! Нужно было пасти ее, лелеять, как редкое растение, ползать вокруг нее на коленях. Глаз не спускать! Дорого бы сейчас заплатил Пашкин за ее секрет, пусть даже тот выеденного яйца не стоит.
…Ее глаза были похожи на дождь и на дым одновременно. На миг ему показалось, что она забыла о том, что он рядом с ней в комнате.
— О чем ты думаешь сейчас? — резко спросил Пашкин, стремясь зафиксировать тот момент, когда она очнется от своих мыслей и осознает его вопрос. Он надеялся, что выражение глаз подскажет хоть что-то, выдаст Катьку. Но ничего в ее глазах не мелькнуло. Она по-прежнему смотрела в окно.
