Старуха в грязном халате и ботинках очищает тряпкой мокрые ступеньки подъезда, где кровавая жижь непрерывно набирает объем. Её крик "Ироды" гремит в тихом подъезде, передавая зловещую атмосферу гротескового безобразия и непреодолимой необходимости борьбы за чистоту.
В самом деле – отказать ей, отправить восвояси как незваную гостью? Не по-человечески. Уступить ее просьбам и пригласить к себе? А что в этом, собственно, такого? Других-то вариантов нет, не везти же ее в квартиру с выбитыми окнами. К тому же она… очень симпатичная. Эти темные волосы, эта прическа… и глаза… Как они похожи…
Неожиданно зазвонил мобильный телефон, лежавший перед Панфиловым на столе.
В трубке он услышал голос брата:
– Старшой, домой меня сегодня не жди, я еду в Москву.
– Только сильно не расслабляйся, – Панфилов выключил телефон и объяснил: – Младший брат звонил.
«Да, все складывается одно к одному. Что ж, значит, так тому и быть».
– Вы, наверное, проголодались?.. – спросил он Елену, поднимаясь из-за стола.
– Я бы не отказалась от телячей отбивной, – сказала она, зажмурившись как кошка.
– В моем ресторане «Луна» делают лучшие телячьи отбивные в России.
– Это что, шутка? – Глаза ее удивленно распахнулись.
«Да, – отметил про себя Панфилов, – глаза у нее красивые и очень похожи на те…»
– Никаких шуток, поедем, пообедаем, – он взглянул на часы, – или скорее поужинаем. А потом я отвезу вас к себе домой. Машину можете оставить здесь, за ней присмотрят.
Глава 23
Из двух остановившихся возле дома по проспекту Вернадского машин вышли четверо молодых людей, поздоровались, закурили, поглядывая на часы.
– Ну че, Гитлер? Как там дела в Испании?
– Да все – нормалек. Пару часов назад прилетели. А вчера оторвались по полной программе. Жалко бабок было мало, а так бы мы всю Барселону на уши поставили.
– Так базлани, видишь, Лаба еще не прибыл, тачки его нет…
Они поплевывали на снег, переминались с ноги на ногу, скрипя тяжелыми кожаными башмаками.
– Если б бабок было побольше, – повторился Гитлер, – мы бы точно всю эту Барселону на уши поставили. Пошли вечером в кабак, сняли девок, – там шлюха не больше полтинника стоит. Мы им по двести баксов отвалили, так они прямо в кабаке на нас кидаться стали от счастья. Потом пошли в номер, устроили скачки до утра. Трахались, бля, как звери, а потом шмотки их в окно выкинули и заставили голышом вниз хилять.
– И что они?
– А че они? Топали как миленькие… Куда им было деваться?
– Ну, клево! А мы в этой Вене от тоски места себе не находим. Блядохода там никакого не нашли, купили какой-то журнальчик, где шлюх по телефонам можно вызывать, начали тарабанить. Они ж тупые, только по-немецки понимают! Нарвались на какую-то хохлуху, а она наотрез отказалась к нам ехать.
