Старуха в грязном халате и ботинках очищает тряпкой мокрые ступеньки подъезда, где кровавая жижь непрерывно набирает объем. Её крик "Ироды" гремит в тихом подъезде, передавая зловещую атмосферу гротескового безобразия и непреодолимой необходимости борьбы за чистоту.
Панфилов уже узнал через надежный источник, что азербайджанского вора-законника застрелили при задержании сотрудники запрудненской милиции. В небольших городах новости распространяются быстро.
Потом Панфилов проверил свой «вальтер-ППК», подарок Семенкова, бывшего начальника службы безопасности фирмы «Лидер», взял на всякий случай еще одну обойму, хранившуюся там же, на гардеробной полке…
* * *
Панфилов ехал в Москву на белой служебной «Волге» один."
"Когда-то на упреки Семенкова в пренебрежении мерами личной безопасности Панфилов ответил, что есть вопросы, которые он должен решать один.
Он гнал машину, не обращая внимания на скользкую дорогу. И хоть свежо было воспоминание о погибшей в автокатастрофе Филатовой, Жиган ничего не мог с собой поделать – не терпел медленной езды.
Однако пришлось все-таки сбросить газ и даже затормозить.
Шоссе впереди было перегорожено двумя огромными машинами. Первым стоял «КрАЗ» с длинным открытым полуприцепом, на которых обычно перевозят трактора и бульдозеры.
Подняв длинную стрелу, крановщик в распахнутой кабинке работал рычагами. Ему помогали двое рабочих, суетившихся в кювете возле перевернутого вверх колесами автомобильчика. Чуть дальше расположились желто-синие «Жигули» ГАИ. Высокий плотный милиционер руководил работами.
Остановив машину и выйдя на дорогу, Панфилов наблюдал за происходящим.
– Переверни сначала! – кричал милиционер, размахивая руками.
– Понял, командир! Майную, – послушно откликнулся крановщик.
Он опустил крюк с подвешенными на него стропилами, а рабочие подцепили маленький автомобиль сбоку и вскинули руки вверх.
– Вира!
Константин узнал искореженный автомобиль. Это был «Пежо» Елены Филатовой.
Панфилов мысленно представил себе, как этот игрушечный автомобильчик кувыркался на дороге, и ему стало не по себе. Подергивая плечами не то от нервного возбуждения, не то от пронизывающего ветра, Константин вернулся в свою машину.
Через несколько минут «Пежо» погрузили на платформу, закрепили растяжками и увезли в сторону Запрудного.
Дорога теперь была свободна.
Панфилов завел двигатель, резко воткнул первую передачу и, расплавляя ледяную корку под колесами, рванул вперед.
* * *
– Слышь, Кудрявый, это ты? – нервничая, Самсон барабанил пальцами по корпусу телефона-автомата.
Он стоял в кабине переговорного пункта городского телеграфа. Из трубки доносились чьи-то шумные голоса и женский смех.
