Старуха в грязном халате и ботинках очищает тряпкой мокрые ступеньки подъезда, где кровавая жижь непрерывно набирает объем. Её крик "Ироды" гремит в тихом подъезде, передавая зловещую атмосферу гротескового безобразия и непреодолимой необходимости борьбы за чистоту.
Лишить Панфилова возможности зарабатывать деньги, лишить запрудненцев материальной подпитки, – наиболее привлекательная сейчас цель для Матроса, а стало быть, и наиболее вероятная. В самом казино фокинцы уже устроили взрыв, не причинивший, правда, значительного ущерба.
Теперь они либо с тупым троглодитским упорством еще раз попытаются напасть на казино, либо возьмутся за его директора – Леню Мурашко. Логика их действий никогда не отличалась особой изобретательностью, не ждал ничего оригинального Панфилов и на этот раз.
Панфилов объявил общий сбор, и уже минут через десять одна из групп пацанов заняла подходы к квартире Лени Мурашко, другая – расположилась в непосредственной близи от «Золотого дуката». Но долго ей там торчать не пришлось. Как только машины с фокинцами добрались до Запрудного, Стас Маленький, висевший у них на хвосте, сообщил по сотовому, что они направляются к квартире Лени Мурашко.
Это было не совсем понятно, потому что сам Леня находился еще в казино, но Панфилов сразу понял замысел затеянной фокинцами операции – вломиться в квартиру, захватить жену и двух его мальчишек и ждать возвращения Лени.
Собственно, почистить казино только и можно было таким путем, через Леню. Надежная охрана на входе в казино сорвала бы любой другой план, оказав серьезное сопротивление. Неизвестно еще, кто – кого, если бы фокинцы решились на открытый налет на казино. А так, надавив на Леню угрозой жизни его близких, можно было снять все, что хранилось в сейфах казино.
Когда фокинские машины остановились под окнами мурашкинской квартиры, там уже не было никого из членов семьи. Зато сидели с автоматами в руках шестеро пацанов во главе с Егерем. Все в маскировочных комбинезонах, с черными масками на лицах.
Панфилов приказал машины фокинцев не трогать, у него возникла идея насчет сюрприза для оставшегося в Фокине Матроса.
Дверь фокинцам открыл Слива, тут же отпрыгнувший от нее как заяц, чтобы освободить сектор стрельбы для пацанов с автоматами в руках.
На верхнем этаже путь им перекрыли, снизу – тоже. Фокинцы оказались в ловушке, из которой не выбрался ни один из них.
Едва началась стрельба, из-за соседних зданий вырвались шесть машин и перекрыли дорогу фокинским тачкам.
