Старуха в грязном халате и ботинках очищает тряпкой мокрые ступеньки подъезда, где кровавая жижь непрерывно набирает объем. Её крик "Ироды" гремит в тихом подъезде, передавая зловещую атмосферу гротескового безобразия и непреодолимой необходимости борьбы за чистоту.
Уже шагая по лестнице, Панфилов обернулся к Филатовой:
– Надеюсь, телевидение не станет возражать, если мы с моим сотрудником поговорим без протокола?
– То есть без моего участия?
– Да.
– Разумеется. Что может сделать слабая женщина?
Тележурналистка разочарованно отвернулась.
– Мы потом еще поговорим с вами, – добавил Панфилов, словно извиняясь.
Но она уже не слышала его, спускаясь в игорный зал.
Панфилов и Надеждин вернулись в кабинет администратора, и здесь главный секьюрити рассказал Константину о случившемся.
* * *
Вечер складывался для Виктора Романчука более чем неудачно.
Мало того, что сорвалась выгодная сделка с крупной партией медикаментов (чтобы успокоиться, принял сто грамм коньяку), так еще какой-то молодой гаишник тормознул его темно-синий «Вольво» за перекрестком неподалеку от здания горисполкома. Можно было, конечно, не останавливаться – в родном городе Виктор почти никого не боялся.
Но этот сопляк с сержантскими лычками на погонах так отчаянно замахал полосатым жезлом, кинувшись прямо под колеса, что волей-неволей Романчуку пришлось резко надавить на педаль тормоза.
С разъяренным видом он выскочил из машины и, не дожидаясь, пока гаишник по всем правилам приложит руку к ушанке и представится, заорал на него:
– Ты чего, придурок?.. Ты куда лезешь?.. Жить, что ли, надоело?.. А если б у меня тормоза отказали?
Сержант, увидев перед собой откормленного молодого человека в зеленом пиджаке, с дорогими золотыми часами на запястье, опешил от такой наглости.
– Ну, чего стал как пень? – наседал на него Романчук. – Чего надо?
– Вы… Вы нарушили правила.
– Что? Какие правила?
– Вы проехали на красный свет, – неуверенно проговорил сержант, показывая жезлом в сторону светофора.
– Какой «красный свет»?.. – грубо расхохотался владелец «Вольво».
– П… попрошу ваши документы, – заикаясь проговорил милиционер.
За свою недолгую службу он впервые сталкивался с таким откровенным хамством водителя, грубо нарушившего правила дорожного движения. Ведь этот темно-синий лимузин полминуты назад совершенно откровенно проехал на запрещающий знак светофора.
– Ах, тебе документы!.. – издевательски произнес Романчук.
