Гигиеническими салфетками, которые нашлись в рюкзаке, протерли руки. На этом настоял Якуб: руки, парень, нужно мыть перед едой.
Стаканчик имелся только один — крышка от термоса. Якуб налил Андрею первому, вытряс ему в чай ломтик лимона. Чай еще не остыл. Пока Андрей пил, он разложил на салфетке бутерброды.
«Совсем как бабушка, она так всегда пирожки раскладывала в Красном бору», — изумился про себя Андрей. Первым делом нужно было съесть мясное, это очень скоро испортится. Сыр можно оставить на вечер. Хлеб точно стоит поберечь, неизвестно, сколько им здесь скитаться. Чаю в термосе тоже не так много. Воды с тех пор, как выбрались из колодца, они здесь не видели. Что же пить, когда чай закончится? Выйти отсюда обязательно нужно не позже завтрашнего дня.
Обедали молча. Устали. Якуб решил не расспрашивать парня, как он попал в колодец. Это все потом, сейчас надо выбираться.
Он представил себе местность над колодцем. С одной стороны луг, который ведет к Днепру. С другой — улица рядом с холмом, на вершине Свирская церковь. Эти ходы, в принципе, должны вести в сторону церкви. Но вот как ориентироваться здесь, под землей? Откуда им знать, где церковь?
— Давай попробуем все время забирать налево, — предложил он.
Пошли на этот раз по левому коридору, снова шли долго. Откуда здесь такие пространства? Они за это время уже должны были прийти на другой конец Смоленска! А вдруг в самом деле подземные коридоры охватывают весь город? Якуб начал оставлять на стене пометки. Надо же, они действительно кружили.
Свернули направо. Довольно скоро они уперлись в перегораживающую коридор стену, явно более позднего происхождения. В одном месте было видно, что кирпичи когда-то уже пробивали, а потом кое-как залатали дыру. Ломиком Якуб расширил проем. Когда пролезли в него, оказались в небольшом помещении, с другой стороны огороженном такой же стеной. Склеп! Они попали в склеп!
Андрей удивленно смотрел на захоронения. Текст на том, что был ближе к нему, — латинскими буквами. Почти без удивления и совсем без радости Якуб прочел: «Wojciech Kuszczyński. 1586–1650»
Какой парадокс: он так стремился найти этот склеп, а теперь совсем не радовался встрече. То, что еще несколько часов назад представлялось самым важным, отступило, ушло на второй план. Он верил, что склеп Кущинских принесет ему богатство — вернет положение, вернет Алисию. Чтобы найти этот склеп, он и приехал в Россию, в Смоленск. И вот нашел! Конечно, он осмотрит здесь все и, может быть, действительно обнаружит клад.
