Автор
На торжественной церемонии награждения все вокруг пытались заполучить Бейка. Она уверенно отвечала на вопросы и предлагали ей разные премии. Своеобразная атмосфера, где каждый стремился кого-то обнять или поцеловать, создавалась в воздухе.
В мире и без того много глупости, не следует множить.
Похлопали по щекам. Просили прийти в себя. Я отчаянно пытался вернуть контроль над телом, памятью. Получалось не очень.
— Под язык. Говорила же, чтоб голову держали, а то язык прикусит! — раздраженный голос. Говорящей не перечили, признавали вину.
Я прикусил язык? Боли все равно не было…
От меня кого-то оттаскивали, успокаивали. Медик строга и непреклонна.
— Укольчик. Всего лишь лишился сознания. На грани собственных сил.
— Вы видели, что он сделал?
— Да, — ответили остальные хором.
Что я сделал? Ракета, проклятие, вертолет. Вспомнилось почти мгновенно. Уцепившись за последнее, принялся возвращать воспоминания одно за другим. Словно фигурка в игре, скакал с одной платформы утверждения на другую, прежде чем открыл глаза.
Яркий свет резанул по глазам, отдался очередным приступом головной боли. Застонал, рот тут же зажали.
— Тише, Максимка. Тише, пожалуйста, ну тише же… — девчонка всхлипнула, роняя соленые слезы.
Следом за светом лишь непроглядная мгла, лишь теплое прикосновение девичьих рук.
Рукой шаркнул по поясу в поисках оружия, наткнулся лишь на пистолет. Откуда? Орк, мутация шедевра, благодарность.
Вспоминать словами проще, легче. Не так больно.
Поднял взгляд — Белка, зажмурившись, плакала. Коснулся ее щеки, заставил прийти в себя. Она подавила восторженный крик, страшно обрадовалась, но молчала. Тьма прятала от меня страх в ее глазах.
По ушам время от времени долбило где-то далеко отсюда. Нехорошие подозрения мерзкими червями ползли в душу, пока не осознал: это не долбежка.
Приподнялся, высвободился из объятий Белки, попытался встать — получалось плохо. Сколько я спал? Сколько времени прошло?
Эти вопросы оставил на потом, спросил важное.
— Остальные?
Белка поджала обожженные ноги, чудом держала в себе слезы, прижимала палец к губам. Смотрела на пистолет-пулемет. Ириска, вернувшаяся в мир живых вместе со мной, говорила, что он пуст. Ни патрона.
— Тише, Максимка… Тише… Нету остальных…
Неприятный холодок пробежал меж лопаток.
На войне так случается или ты надеялся, что в этот раз иначе?
Я надеялся…
Белка, словно поняв мой страх, отрицательно потрясла головой, поспешила успокоить, поправила саму себя:
— Живы. Не знаю насколько. Слышишь — там?
Кивнул, пытаясь вызвать по каналу связи — бесполезно.
