— Вы так в этом уверены?
— Потеря Вратограда и одного из «Дровосеков» доказали многим царенатским чинам, что им стоит поумерить амбиции.
— Разве это не даст им больше времени на подготовку?
Император кивнул, признавая мое здравомыслие.
— Даст. Как и нам возможности укрепить власть будущей наследницы царенатского престола. Понимаю, вам скверно от мысли, что мы используем ребенка для достижения цели. Пройдохи уровня Вербицкого споют еще не одну осанну печали о каждой детской пролитой слезинке: потому что когда не остается ничего иного, начинают взывать к примитивнейшим из эмоций.
— А вы считаете, что цель оправдывает средства?
— Не убивать же мы ее собрались! Ее детство было загублено задолго до нас, и я сомневаюсь, что она не хочет спасти миллионы, если не миллиарды человеческих жизней. Вот вы, Потапов, желали еще полгода назад быть героем, что освободит Вратоград, заставит Царенат отступить и нарушит его политическую стабильность?
Вместо ответа развел руками: на тот момент только подумывал расстаться с Лизонькой…
— Именно. У вас и в мыслях подобного не было. Жалеете ли о том, что сумели это сделать? — Император сложил руки за спиной.
— Относитесь к тому, на что согласилась Кьярра, с таким же уважением.
— Но зачем мне при этом идти в политику?
— Не просто в политику, а в дипломаты. Учитывая ваши боевые заслуги, уверен — сэкономим на охране. — Рассмеялся вместе с ним легкой шутке. Император продолжил: — Вы ружемант. О вас будут слагать легенды: из боевика в миротворцы.
Задумался: стоит ли ему говорить про то, что я аватара оружейного бога? Через миг понял: не придется, он и так все знает.
— Мне доводилось видеть, на что вы способны. Не в своем людском обличии. Рушинник-чародей, с которым сражались, теперь уже не чародей. Ваше личное оружие создано при помощи сильнодействующих мутагенов, которые невозможно вывести в химической лаборатории. И изменения вплоть до «шедеврального» уровня — раньше на это были способны лишь ружеманты-оружейники. Я знаю, что вы не оружейник.
— Что вы хотите этим всем сказать?
— Что вы ходячая атомная бомба, если не сильнее. В Царенате от вас предпочли бы избавиться, но мы в Российской Империи не приемлем подобного варварства. Позвольте вас заверить, гражданин Потапов, что я вижу в вас дипломата, который остер на язык и одним своим существованием служит предупреждением.