В холодном осеннем городе Москва в луже скатываешься и сразу понимаешь, как жестоко природа может перебросить жизнь. Заглянув в магазин, ты выбираешь модные валенки, но забыла об угрожающем заливном состоянии тротуаров. Веселый сюжет с элементами юмора и доброй доли неприятностей витает вокруг героини этой истории....
Дорога оказалась хорошей, машин мало, поэтому около половины девятого я уже стояла у деревенского магазина.
– Водкой не торгую, – сказала бабуля за прилавком.
– Алкоголем не интересуюсь, – спокойно ответила я, – помогите, пожалуйста. Вы местная?
– Здесь родилась, тут и помру, – оптимистично заявила старушка.
– Наверное, всех вокруг знаете? – спросила я. – Помните, чуть больше года назад здесь археологи вели раскопки?
Пенсионерка поправила платок, почти съехавший ей на затылок.
– А то! Никакого покоя! Поселились они, правда, в палатках, но начали к нам шастать.
– Медитировал! – догадалась я.
– Во! Точно! – закивала бабуля. – Без стыда мужчина был. Выходил на улицу в одних трусах. Пойдет на лужок, руки вытянет, на одной ноге замрет и воет, словно кобель на месяц: «Ам… ам… ам!» Покачается и давай про харю петь.
– Может, харе Кришна? – уточнила я.
– Да какая разница, – отмахнулась бабуля, – дурак он! Натрепал про проклятие. Наврал, что могилы заговоренные: дескать, кто их тронет – помрет. И началось! Из Москвы народ попер, в день по семеро прикатывало! Я к Назару ломанулась и говорю:
– Знаешь, добрый человек, ты у нас всего пять лет как поселился, сам пришлый, а неприятностей телегу доставил.
Он, правда, повинился:
– Извините, Анфиса Сергеевна, я хотел как лучше.
Я обрадовалась безмерно:
– Анфиса Сергеевна, подскажите дом, где живет Назар.
Бабушка споро перекрестилась:
– А он помер, очень скоро после своего спектакля. Может, через полгода. Недолго богатству радовался. А тебе что надо? Зачем расспрашиваешь?
– Мне надо поговорить с тем, кто хорошо знал старика, – честно призналась я, – из-за его вранья много бед случилось.
Анфиса Сергеевна поправила вязаную кофту:
– Пустой человек был.
– Назар был артистом? – уточнила я.
– Он так говорил, – кивнула старушка, – наши ему верили, а я сомневалась. Актеры огромные деньги имеют, в газетах про их заработки пишут, кое-кому аж по тридцать тысяч рублей в день дают! С таких доходов можно на старость накопить, а у Назарки ничего не было. Я в магазине стою, от меня правду не скроешь: вижу, кто себе чего берет.
