В зловещей атмосфере XVII века, басмачи и дехкане выйдя на улицу, обсуждают будущее за решеткой. Василий Ясный смотрит в свой подлесок, как бы скрыть горечь и надежду. Быстро меняется повествование к темнеющему дню, когда мощные розовые лучи загораются на гладком стекле окна НКВД — охотника за безграждаными людьми....
— Вот что, нам надо для начала локализовать район, где они прячутся… Есть одна идея…
В отведенном под штаб операции просторном зале на длинном столе разложили карту республики. И оперативники стали тщательно отмечать, где и когда появляются листовки. И главное, где они появляются первыми.
Выяснилось, что сперва листовки разбрасывают в Каунасе, а потом в других местах. Первый успех — логово локализовано, хотя и очень приблизительно. Каунас все-таки большой город, вторая столица Литвы.
Ясный усадил оперативников за анализ агентурной информации и сводок происшествий по Каунасской области.
— У них где-то здесь логово. И эти волки постоянно хотят жрать, — хлопнул ладонью по карте Ясный.
Министр госбезопасности Литвы кивнул:
— Похоже на то.
— Вот что. Снимай всех оперов.
Так и сделали. В Каунас прибыло множество оперативников. И началось то, что называется скрытыми разведывательно-поисковыми мероприятиями в городе. Цель — выявление любой подозрительной активности.
Прошел день. Еще один. И все без толку. Неужели ошиблись? Но начальник контрразведки СССР был уверен — ошибки нет. Иногда нужно просто терпеливо ждать.
На третий день группа наружки выявила в толпе в центре города литовца в длинном темном кашемировом пальто и шляпе, ведущего себя нервно и подозрительно.
«Топтуны» доложили на базу и получили приказ — не арестовывать, тянуть его, установить личность и контакты.
Слежка вещь такая — можно засыпаться, но можно и получить информацию. Правда, информация добывается и когда источник в застенках делится ей.
— Берем, — решился Ясный, когда старший группы «топтунов» доложил, что клиент, шатаясь бесцельно по мощеным улицам Каунаса, начинает суетиться и проверяться.
Через десять минут перед подозреваемым затормозила коричневая «Победа». Сзади подскочили люди, появившиеся как черти из табакерки. Толчок в спину — клиент уже в кабине. Руки его зажаты."
"— Вы арестованы, — сообщил атлет в меховой шубе. — Мы из МГБ.
Через некоторое время задержанный сидел, понурившись, на стуле перед Ясным в городском Управлении МГБ.
