В зловещей атмосфере XVII века, басмачи и дехкане выйдя на улицу, обсуждают будущее за решеткой. Василий Ясный смотрит в свой подлесок, как бы скрыть горечь и надежду. Быстро меняется повествование к темнеющему дню, когда мощные розовые лучи загораются на гладком стекле окна НКВД — охотника за безграждаными людьми....
Немца, охранявшего покои атташе, тоже утащила к себе какая-то развязная русская девица. В особняке осталась одна горничная Грета.
Стемнело. Была уже зима, подходил 1941 год. И Ясный ежился на ветру. Он ждал. Многоходовая комбинация подходила к своему пику. И сейчас решалось — будет ли результат.
И вот на подоконнике особняка замерцала свеча. Это был сигнал — дома никого нет, можно заходить.
— Наблюдай, — приказал Ясный своему помощнику Сергею.
И бодрой походкой направился к особняку. Грета была напугана, но держалась молодцом.
— Никого нет, — сказала она и провела чекиста в кабинет. И как-то обреченно показала на массивный сейф, стоявший сзади резного письменного стола.
Вот час настал. Сейчас откроется пещера Али-Бабы!
Ясный засунул ключ в щелку замка. Попытался повернуть. Тот чуть сдвинулся. И замер — ни туда ни сюда.
Такое бывает. Когда делаешь ключ со слепка, очень трудно исполнить его как родной. Особенно если ключ такой замысловатый и техника немецкая, то есть идеальная.
— Вот же черт, — прошептал Василий.
И начал шевелить ключ, как учили мастера взлома и подкопа.
— Может, масло принести? — участливо спросила Грета.
— Подожди, — отмахнулся Ясный. Еще не хватало маслом залить ковер и оставить следы.
Он продолжил раскачивать ключ… И тот со скрипом провернулся.
Медленно распахнулась дверца.
А сокровища… Они там были. Несколько папок документов.
Ясный сграбастал их, кинул в портфель и сказал нервничающей Грете:
— Жди. И не трясись так. Все хорошо. Твоего начальника и охранника до утра не отпустят, я тебя уверяю.
В кинотеатре уже ждал техник с приготовленной аппаратурой. Торопливо, но аккуратно техник щелкал документ за документом. А Ясный ощущал, что внутри как кол стоит. Конечно, он надеялся на постельное искусство своих помощниц. Но по опыту знал — редко какая операция проходит по плану. Всегда вкрадываются случайности и неурядицы. Как сейчас с этим ключом, который еле провернулся.
— Все, — сказал техник. — Готово.
— Ты только пленку не засвети, — буркнул Ясный.
— Обижаете. Все с запасом сделано.
— Ну смотри. Мы пошли…
Снова в особняк. Аккуратно положить документы на место, листок к листку, точно на том же месте, под тем же углом, как лежали, — не дай бог что напутать. А потом еще осмотреться — не наследил ли в кабинете.
— До встречи, Грета, — сказал напоследок Ясный. — Еще заглянем. — Грета затравленно кивнула. Ее трясло. — Только не нервничай. Смотри, чтобы твой аристократ ничего не заподозрил.
