В осени 1941 года, когда враг угрожает Москве, в эвакуированный Горький забрасываются фашистские диверсанты. Сотрудники НКВД ведут напряженную борьбу за безопасность военных предприятий и срыв вражеских планов по дестабилизации советского тыла.
Немцы тоже не давали скучать. Постоянно шли заброски шпионов. В Харькове, Киеве, Одессе действовали школы абвера, где из военнопленных делали агентов. Теперь упирали немцы больше на разведку — в эффективности диверсий сильно разочаровались. Они нуждались в оперативной информации, особенно по подходу советских резервов.
— Вот тебе рация, передавай, где какая часть, — говорили кураторы агентам перед вылетом.
Большинство воспитанников абвера сразу по приземлении шли сдаваться. Других брали поисковые группы НКВД и Смерша. По третьим работали специальные службы по пеленгу.
Бывало, задерживали за раз по десять человек — слабохарактерных мокриц, готовых на все, чтобы выжить. Они тут же выдавали всю известную им информацию — о разведшколах, других агентах. На этом основании удавалось вычислять оставленные немцами агентурные сети.
С большинством из задержанных разбирался трибунал, подчас довольно гуманно — штрафбаты или амнистия. Но самый высший класс — это радиоигра. Запутать немцев, заставить их принять неверные тактические, а то и стратегические решения. Еще по Горькому Ясный знал, что это такое и как это закрутить."
"Смерш и НКВД вели одновременно несколько таких игр. У Ясного был один перевербованный радист, заслуживший особое доверие у немцев. С его помощью вермахту перегнали столько дезинформации, что там Железные кресты сыпались градом…
23 сентября 1943 года Василий Ясный вошел в Полтаву с первыми частями Степного фронта. После решения первоочередных вопросов дал задание подыскать место для своего временного пребывания.
Порученец Коваленко обследовал ряд домов. Нашел особняк напротив здания НКВД. Договорился с хозяйкой.
Нарком пробыл в городе больше недели. И вечерами, после напряженного рабочего дня, гонял чаи с добродушной недалекой хозяйкой особняка. Она была страшно словоохотлива, и от нее Ясный узнал немало интересных моментов о жизни при оккупации, об отдельных лицах — кое-что сильно пригодилось.
Муж хозяйки до войны работал на крупном продовольственном предприятии — оно принадлежало интендантской службе Наркомата обороны СССР и снабжало мясной продукцией войска на старой границе с Польшей. При оккупации муж продолжал работать на том же заводе в той же должности, но уже снабжая немецкую армию.
— Я и мой муж всегда были против немцев, — тараторила хозяйка, подливая из самовара чай. — Муж воевал с ними.
— Это как же? — заинтересовался Ясный, прихлебывая ароматный, с целебными травами чай.
— Воровал у них продукты! — гордо объявила женщина.
