– Я насчитал пятерых. – Раймун застегнул на нем пояс с мечом. – Бисбери, Раслинг, Хардинг, Баратеон и вы.
– Вы шестой.
– Нет, седьмой, – улыбнулся Стеффон, – только для другой стороны. Я буду сражаться за принца Эйериона.
Раймун, собравшийся подать кузену шлем, остановился как вкопанный.
– Нет.
– Думаю, сир Дункан меня поймет, – пожал плечами Стеффон. – Долг обязывает меня повиноваться принцу.
– Ты сказал Дункану, что он может положиться на тебя, – побледнел Раймун.
– Разве? – Стеффон взял шлем у него из рук.
– Что ж, тогда я, несомненно, говорил искренне. Подай мне коня.
– Сам возьми. Если ты думаешь, что я буду тебе помогать, ты столь же туп, сколь и низок.
– Низок? Придержи язык, Раймун. Мы с тобой – яблочки с одного дерева, и ты мой оруженосец. Или ты забыл свою клятву?
– А ты, часом, не забыл свои рыцарские обеты?
– К концу дня я стану из рыцаря лордом. Лорд Фоссовей! Мне нравится, как это звучит. – Улыбаясь, он натянул вторую перчатку и зашагал к своему коню. Другие защитники провожали его презрительными взглядами, и никто не попытался остановить.
Дунк, глядя, как сир Стеффон ведет коня в другой конец поля, сжал кулаки. В горле так пересохло, что Дунк не мог говорить. Впрочем, разве такого проймешь словами?
– Посвяти меня в рыцари. – Раймун взял Дунка за плечо и повернул к себе. – Я займу место моего кузена. Посвятите меня в рыцари, сир Дункан. – Он преклонил колено.
Дунк нерешительно взялся за рукоять меча.
– Лучше не надо, Раймун.
– Надо.
Без меня вас будет только пятеро.
– Парень прав, – сказал сир Лионель. – Сделайте это, сир Дункан. Любой рыцарь может посвятить в рыцари кого угодно.
– Ты сомневаешься в моем мужестве? – спросил Раймун.
– Нет, дело не в этом, но…
В тумане протрубили фанфары. Подбежал Эг:
– Сир, лорд Эшфорд зовет вас.
Смеющийся Вихрь нетерпеливо тряхнул головой.
– Ступайте, сир Дункан. Я сам посвящу оруженосца Раймуна в рыцари. – Он вынул меч из ножен и отодвинул Дунка в сторону. – Раймун из дома Фоссовеев, – начал он торжественно, коснувшись клинком правого плеча оруженосца, – именем Воина обязую тебя быть храбрым.
– Меч лег на левое плечо. – Именем Отца обязую тебя быть справедливым. – Снова на правое. – Именем Матери обязую тебя защищать юных и невинных. – Левое плечо. – Именем Девы обязую тебя защищать всех женщин…
Дунк ушел, испытывая облегчение, смешанное с чувством вины. И все-таки одного не хватает, подумал он, когда Эг подвел ему Грома.
