Кейр порадовал нас восхитительным сообщением: за вчерашний день по кружной дороге мы сделали очень хороший крюк и теперь через часдругой должны были выехать на тракт в трех днях пути от Патера и далее двигаться по нормальной, пусть и малость запущенной, практически безлюдной дороге, не боясь преследования. Мне показалось, что Кейр вполне мог бы и еще денекдругой поводить нас по лесным захоронкам, если бы не вчерашний случай у озера. Кажется, мой собственный Иван Сусанин предпочитал обходиться в путешествии без чудес. Но вряд ли такого же мнения придерживались чудеса, во всяком случае, в этом мире они случались со мной с восхитительной частотой. Знаю, ребячество, но как же мне нравилось взывать к силе с помощью рун! Руки и мысли то и дело обращались к великим знакам. Это как в детстве, когда только научишься ездить на велосипеде, неудержимо тянет кататься на нем каждую свободную минутку.
Партизанская тропа, ведомая телохранителю, не подвела. Через пятьдесят минут, если быть издевательски точной, она круто забрала влево, а мы стали ломиться напрямки через лесную чащу. Хорошо еще телохранитель принял первый удар природы на себя, потому нам с Лаксом, спрятавшимся за широкую спину Кейра и не менее ладный круп его коня, достались лишь обрывки паучьих сетей и прочего мусора. Я, несмотря на вполне теплое утро, даже накинула на голову капюшон эльфийского плаща. Жарко в нем если и было, то самую малость. Зато потом не придется вычесывать из волос какихнибудь паучков, жучков и клещей. Вряд ли этот мир знаком с энцефалитом, по слухам, подаренным нам японскими генетиками с той же щедростью, как колорадский жук свободной Америкой, но, с другой стороны, в этой глуши и растительного масла для самого примитивного извлечения цепких кровососов не сыщешь. А потому лучше поберечь голову, чай, не Змей Горыныч и не Гидра, она у меня всего одна. Хоть и этой иногда кажется в избытке.
Так, рассуждая о пользе и вреде наличия головы, я вслед за бдительным телохранителем выскочила на широкую дорогу, вернее, в подлесок с высокой травой, расположившийся по нашу сторону тракта.
– Вот и Карский тракт, – кивнул Кейр на пусть и широкую, но, на мой взгляд, типично проселочную деревенскую дорогу, с той лишь разницей, что по одну сторону он нее стеной стоял лес, а по другую высились заросли какогото кустарника.
Насколько помнилось, гдето и когдато в старину растительность вдоль дороги принято было вырубать под корень на несколько метров, чтобы никакие бандюки не шалили, но ввиду заброшенности Карского пути за состоянием тракта давненько никто не следил, хотя, готова спорить, бюджетные деньги на эти нужды ктонибудь выбивал попрежнему.