Но нам, если всетаки случится погоня, такая фишка с растительным буйством только на руку, рассудила я. Всегда сможем скрыться в ближайшем лесу.
– Всадники едут, – внезапно застрекотал Фаль как самый чуткий из нас, исполняющий роль шахтерской канарейки, и замахал ручонками в сторону высоких кустов.
– Много? – уточнила я, глухая на оба уха по сравнению с малюткой, ибо до сих пор слышала только пение птиц, шелест ветра, позвякивание сбруи наших коней и фырканье Дэлькора.
– Человек десять, с собаками, – весело доложил разведчик, трепеща крылышками.
Лакс мгновенно схватился за кинжал. Да, мне до таких защитных рефлексов как до Парижа, жизнь избаловала.
– Безлюдная, говоришь, дорога? – переспросила я Кейра как раз в тот момент, когда сильф уточнил:
– Они, наверное, за тем человеком скачут, который в нашу сторону бежит по кустам.
Лакс пересказал телохранителю доклад сильфа. Воин решительно остановился и предложил, повернув коня:
– Наложи заклинание, как в Патере делала, и возвращаемся в лес. Нам ни к чему чужие проблемы.
– Нет, – отказалась я, чтото в глубине души передернулось от нарочито небрежных слов Кейра «чужие проблемы». – Давайте посмотрим, кто это, куда и зачем. Спрятаться всегда успеем, а вдруг чтонибудь интересное пропустим?"
"– Ты считаешь нашу смерть занимательным событием? – холодно уточнил Кейр, проверяя, как выходят из ножен мечи.
– Да ну тебя! Чего так мрачно? – отмахнулась я. – Это ж не за нами скачут, вряд ли местный Интерпол столь оперативно работает, да и до такой интеграции и уровня сотрудничества между государствами здешним властителям еще расти и расти лет эдак не меньше тысячи!
– Оса, ты чувствуешь необходимость остаться или просто упрямишься? – решил зайти с другого бока нервно прислушивающийся вор.
– Не знаю, Лакс, – вздохнула я, – а только если бы любой из нас проблемы других чужими считал, мы бы никогда не встретились. Думаете иначе, уезжайте, а я тут подожду. Насильно ведь вы все равно меня утащить не сможете.
Кажется, Кейр пробормотал себе под нос нечто вроде: «Глупая девчонка!» – но спорить больше не стал. В конце концов, ему платят за охрану магевы, в какую бы глупость она ни задумала добровольно вляпаться по самые уши. А мне и правда хотелось вляпаться. Почему? Да потому, что в этом мире я могла такое сделать, могла, выражаясь попростому, набить морду тому, кого считала неправым, защитить того, кого захотелось бы защитить. Впервые за всю свою жизнь я понастоящему могла! Это ощущение здорово грело душу. Я не знала, сколько еще мне отпущено на роскошную прогулку по здешним землям, вот и собиралась оттянуться на полную катушку, поступать так, как на душу легло! А разумную осторожность пусть Кейр проявляет и Лакса «плохому» учит.