Встреча нового босса вызывает сомнения: Александр с нетерпением ждет начала работы новым директором Максима Алексеевича, а Милена отмечает его чуждое прозвище "Хозяин". Но вскоре становится ясно, что жизнь в компании изменилась - теперь каждый знает свое место.
Его перепады настроения не перестанут изумлять меня. Кажется, всего двумя часами ранее глумился надо мной в офисе, потом избавил от присутствия надоедливого Славика, навязавшись при этом, а сейчас и вовсе проявляет заботу и трепетное внимание. Словно ему есть до всего этого дело. До меня и до моих проблем. Позёрство? Кажется довольно искренним. Но может быть, и на самом деле, мне это только кажется.
Я продолжаю сидеть на лавочке, наблюдая, как пожарные выполняют свою работу, заливая всё водой.
Я тайком отираю слёзы тыльной стороной ладони, отвернувшись от Максима, который всё ещё продолжает сидеть рядом со мной, держа руку на талии. А от его присутствия легче ничуть не становится. Наоборот. Всё же я поднимаюсь с лавочки, подходя к собравшимся жильцам, бурно обсуждающим произошедшее. Рядом стоит участковый, выслушивая соседку бабу Зину, торопливо что-то говорящую.
– …алкаши! – убеждённо заявляет она, – им ведь много не надо! Пару рюмок и понеслось…
Поневоле я прислушалась.
– Жильцы восьмой квартиры алкаши? – зачем-то уточняет участковый, стучит ручкой по своей планшетке с закреплённым на ней листком.
– Алкаши! – подтверждает баба Зина, – алкаши и цыгане.
Матерь Божья, вот это бабка выдаёт, пронеслось в моём изумлённом сознании, всё ещё не способном переварить мысль, что эти сказки она выводит обо мне с братом.
– Цыгане? – переспросил участковый.
