Встреча нового босса вызывает сомнения: Александр с нетерпением ждет начала работы новым директором Максима Алексеевича, а Милена отмечает его чуждое прозвище "Хозяин". Но вскоре становится ясно, что жизнь в компании изменилась - теперь каждый знает свое место.
– А то ж… вот давеча там какая-то женщина с двумя детьми постоянно таскалась, до этого мужик с женой, тоже какие-то подозрительные там ошивались… Не квартира, а проходной двор. Табор!
– По моим сведениям, квартира принадлежит брату и сестре, – участковый уже, по всей видимости, понял, что баба Зина, мягко говоря, не самый надёжный свидетель произошедшего, и ищет глазами по сторонам, чтобы найти другого очевидца. Но народ тёмный и пугливый, общаться с представителями власти не желает и потихоньку начинает расходиться.
– Да… Брат с сестрой. Его давно тут не видно… Снаркоманился, наверное… От рюмки до иглы – эх… А сестра всё ещё тут живёт, срам-то какой!.. Ночей дома не проводит, шасть – и понеслась… Зна-а-аем куда!..
На этом моё терпение заканчивается, и я встреваю:
– Не стыдно вам, баб Зин, в таком возрасте и на людей наговаривать?
Вот ведь противная бабка. Она мне всегда чуточку не нравилась.
Баба Зина сощурилась на меня, якобы подслеповато. Но я-то знала, что у неё к старости развилась дальнозоркость, потому видела она меня с расстояния нескольких метров прекрасно. Наверное, совесть в старом теле всё ещё осталась, потому что она вдруг вспомнила, что тесто у неё убегает, а она тут стоит, да и, вообще, квартиру теперь проветрить надо от дыма…
Участковый, заметив меня, улыбнулся одними уголками губ и устало потёр переносицу.
"– Ну что, Милена, усердно вы мне работы добавляете…
– Что-то не особо заметно, что вы работаете, – огрызнулась я, – слушаете сказки белого бычка.
– Ничего не поделаешь, – развёл руками участковый, нисколько не обидевшись, – сейчас командир пожарного отделения составит акт о пожаре.
