После пожара героиня забыла свою прошлую жизнь. Она якобы простолюдинка Ярослава Игнатьева, но её необычные способности не укладываются в это предположение. Она должна разобраться в истине о себе и своём происхождении, пока враги не узнали опасный секрет.
— И никогда не интересовались? Не заходили к нему в лабораторию, не задавали вопросов? — подавшись вперед, он впился в меня колючими глазами.
— Увы, — сокрушенно вздохнула. Мужчина едва заметно усмехнулся, нарочито демонстрируя неверие. Изобразив на лице максимальную искренность, промолвила: — Я не знаю ответа на ваш вопрос. Моя память после того трагического пожара в нашем доме как огромная черная дыра, и амнезия до сих пор не прошла.
Бесконечно долго Петр Петрович молча меня разглядывал. Не дрогнув ни единым мускулом, я отвечала спокойным взором.
Разум тем временем холодно анализировал происходящее. И с каждым мгновением все больше казалось, что этот человек пришел отнюдь не из-за того, о чем спрашивает. Что же ему действительно нужно?
Наконец решив заговорить, службист бесстрастно сообщил:
— По нашим данным Владимир Андреевич Игнатьев проводил уникальный эксперимент. Империя в его результатах крайне заинтересована, и вы, Ярослава, можете и обязаны, — он сделал акцент на последнем слове, — оказать содействие. А у Тайной канцелярии есть ресурсы восстановить вам память, — мужчина со значением посмотрел на меня. — Сделаем так. Насколько помню, в воскресенье единственный в нашем городе концерт вашего кумира Дэйчи, и вы, думаю, не хотите это событие пропустить, потому, так уж и быть, пойду навстречу, — Петр Петрович качнул головой, как если бы сам изумлялся такой неслыханной щедрости. — Но в понедельник в двенадцать часов дня вам следует прибыть в краснодарское отделение Тайной канцелярии. Возьмите с собой сменные вещи на пару дней. Процедура не быстрая.
— Это официальный вызов? — поинтересовался явно встревоженный Савелий Андреевич.
— Пока нет, — холодно ответил службист. — Но если Ярослава Владимировна, — он вновь сделал паузу и на сей раз даже усмехнулся, — не явится к указанному часу, то мы приедем за ней сами. И добрым я больше не буду, — мужчина снова одарил меня колючим взглядом.
В этот момент из холла послышался громкий голос няни:
— Савелий Андреевич, где вы? Я, кажется, нашла, чем Егорка отравился, — стремительно войдя в кухню-столовую, женщина увидела сидящих за столом и тотчас замолчала.
— Здравствуйте, Надежда Михайловна, — проявил чудеса осведомленности визитер. — Что там у вас в руке? Показывайте.
Виновато глянув на хмурого хозяина дома, няня разжала кулак и положила на столешницу узловатый корень. Подавшись вперед, Петр Петрович внимательно оглядел покрытую засохшей землей часть растения.
— Любопытно, — ровно сообщил он.
