В одиночной реанимационной палате царила тихая атмосфера: холодные светильники и мониторы создавали мягкий полумрак. Здесь я лежала, словно в оазисе после нестерпимой жары ужаса. Всё вокруг казалось чужим и незнакомым — даже пространство для отдыха было застелено медицинскими одеяниями. Что я здесь делаю? Чем эта палата связана с моей неясной прошлой жизнью, о которой я всё ещё не могу вспомнить?...
Я ощутила мягкое прикосновение силы. Нет, это был не эфир, а что-то неведомое, но поразительно приятное. Чужая сила обволакивала, успокаивала, но в то же время непрерывно соединяла нас со Светой.
Я не видела этих нитей, но ощущала, как из тонких паутинок они превращаются в толстые веревки, а после становятся прочными канатами. И совершенно не противилась. Наоборот, с искренней благодарностью принимала эту связь. Светлые чувства теплом разливались по сердцу. Как хорошо, что мы теперь есть друг у друга!
Внезапно по ушам резанул громкий скрежет.
Вскочив со стула, я схватила сестру за руку. Желая уберечь, защитить ее, за один удар сердца оказалась вместе с ней за порогом комнаты. В коридоре вспыхнул яркий свет.
— О-чу-меть! — по слогам громко сказала Светлана. — Вот это у нее спецэффекты!
Не отпуская девушку, я наблюдала за великаншей. Энергично размахивая руками, та разгоняла туман над поломанным столом и одновременно топала ножищами, туша разбросанные по полу свечи.
Неосторожно наступив на край длинной хламиды, женщина покачнулась. А затем с раздражением схватилась за подол и решительно дернула вверх.
Через миг перед нами стоял... лысый мужчина. В полумраке темной комнаты отчетливо виднелся его обнаженный торс и белые трусы в горошек. Парик и балахон с накладным бюстом небрежной горкой валялись подле обломков стола.
— О-чу-меть! — изумленная преображением, повторила я вслед за сестрой.
Меж тем, почесав толстыми пальцами волосатую грудь, бывший «шаманка-экстрасенсша» с легкостью поднял тяжеленную голову абстрактного животного. Повертев ее так и эдак, сокрушенно вздохнул. Оно и неудивительно — один рог теперь напрочь отломан.
Закончив осмотр повреждений, мужчина с искренней печалью произнес:
— Зла на вас нет. Ничего не получилось, еще и такую хорошую вещь испортили.
— Валим, — очень разумно предложила Света. Не выпуская моей руки, девушка бодро направилась к выходу из квартиры."
"Не сопротивляясь, я шла за ней и недоумевала. Не из-за того, что шаманка оказалась здоровенным мужиком, нет. Как же ничего не получилось? Ну да, память не вернулась, но я ведь до сих пор отчетливо ощущаю нашу с сестрой связь. Интересно, Света ее чувствует?
Выйдя из поезда, я удивленно замерла.
