И помощь большого семейства лишь доказывала мое бессилие. Поэтому на каникулы я уходила с самыми мрачными мыслями, благо что дома меня ждала бабушка, которой стало заметно лучше. Ну а маму должны были выписать через пару месяцев, по крайней мере, Александр Дмитриевич так сказал.
Из здания школы мы вышли втроём: я, Рома и Кир.
— Может быть, в кино сходим? — спросил одноклассник.
Кирилл бросил на него измученный взгляд Добби с мольбой подарить ему носок. В последнее время Рома постоянно таскал его с собой, и я могла только представить, насколько мы оба должны были осточертеть мелкому.
— Я — пас, — опередила его. — Домой хочу.
— Можно завтра, — не сдавался Рома.
— Завтра тоже дела.
— Послезавтра, — с каждым словом мрачнел Ромка."
"— А послезавтра мы папе помогаем, — таки вклинился Кир, чем явно взбесил брата. Но честь и хвала выдержке Чернова: убивать при мне Кирилла он не стал.
— Тебя спросить забыли, — сквозь зубы процедил Роман Александрович.
— Не важно, — поспешила выпалить я, возможно спасая жизнь младшему из Черновых, — у меня всё равно… дела. Всю неделю.
Врать им было стыдно, поэтому, пряча глаза от своих спутников, я резко засобиралась домой.
— Мы проводим, — как обычно, попытался настоять на своём Рома.
— Не стоит, вам же в другую сторону.
— Мы через магазин.
Тяжкий вздох Кирилла.
— А мне нужно в аптеку, для бабушки.
— Аптека же рядом с домом.
— Мне в другую.
В итоге от Черновых я буквально сбежала при первой удобной возможности, стоило лишь братьям отвлечься на Стаса с Дамиром, появившихся на школьном дворе.
Петляя по дворам и делая огромные крюки, я окрестила себя самой неблагодарной свиньёй в этом мире. Но уж слишком был велик мой долг перед Александром Дмитриевичем и сыновьями.
Дома меня ждала порядком исхудавшая бабушка, с обвисшими щеками, погрустневшими глазами и посеревшей кожей.
— Каникулы?
— Угу.
— Как четверть закончила?
— Как обычно, — выдавила я улыбку. — Четвёрки и пятёрки.
— Давай в дневнике распишусь.
— Ой, а я его у Маргариты Дмитриевны оставила, — выдала заранее приготовленную ложь, искренне веря в то, что вру исключительно во благо бабули.
— Сонь.
— Ба, а ты чего, собственно, встала? — перешла я в наступление. — Тебе врачи что сказали? Отдыхать больше. Вот и давай! Я сейчас переоденусь и обед приготовлю.
— Да я уже приготовила.
— Ну ба-а-а-а…
***
Осенние каникулы потянулись нескончаемой вереницей дней, похожих один на другой. На смену страху за родных пришла тоска. Почти неделю я никого не видела, кроме бабули и Муси. Пару раз звонили Ксюша с Таней, даже звали гулять, но я сослалась на простуду, продолжая всё глубже вязнуть в своей лжи.
— Ты недавно болела, — напряглась Лапина.
— До конца не вылечилась, — выкрутилась я.