И вот сейчас я смотрю на тебя, и мне всё ещё страшно. Даже страшнее, чем двадцать лет назад, ведь канавы, в которые ты так и норовишь свалиться, стали глубже и шире…
— Па… — в носу у меня защипало. И шутки больше никак не желали шутиться.
— Подожди… ещё. Рома… Я тебя отпускаю. Делай что хочешь. Серьёзно.
Я весь сжался, вдруг испугавшись, что он отказывается от меня.
— Мне хочется верить в то, что ты сам… поймёшь, что для тебя лучше и как. Потому что… я доверяю тебе. Мы с мамой всегда будем рядом, стоит только позвать или попросить, даже не напрямую. Но вот лезть в твою жизнь с этого самого момента… я отказываюсь.
Растерянно моргнул, до конца не осознавая, что сейчас произошло.
— И что мне делать?
— Это зависит от того, что ты хочешь сам.
Впервые в жизни я не знал, что ему ответить.
Глава 19
Наши дни
Соня
На улице было зябко, но я будто бы этого не замечала, разглядывая бескрайнее звёздное небо, раскинувшееся над головой. В городской черте обычно такого не увидишь. Должно быть, пригородное сибирское небо не ахти какая вещь. Но мне, выезжавшей за город всего лишь несколько раз (и то чтобы пообжиматься с Черновым), оно казалось чем-то необыкновенным.
Из транса меня вывел плед, неожиданно лёгший на плечи. Я вздрогнула и резко обернулась назад, готовая то ли драться, то ли бежать.
— Оу-оу, — присвистнул в темноте Денис, — спокойно, это всего лишь я.
— Не стоило, — смутилась я своей реакции, с которой пора уже было что-то делать. — Мне не холодно…
— Ага, дрожишь только вон вся.
— Это не… просто так.
Он понимающе хмыкнул.
— Всё ещё переживаешь из-за своего Отелло.
— Он не Отелло…
— Да-да, я помню, лает, но не кусает…
Стало как-то горько и неловко.
— На самом деле он не такой… просто его сила именно в умении говорить.
— Орать, ты хочешь сказать.
— Говорить. А орал он на эмоциях…
— Уф, — фыркнул Белов, — где ж вы таких эмоциональных-то находите?
— А вы — это?.. — напряглась я.
— Женщины, — легко отозвался мой собеседник. — Ну что вы, — заметно изменив голос, едва ли не пропел Денис, — он меня не бил, это он эмоционально ронял меня на тумбочку.
Неприязненно дёрнулась.
— Он не…
— … такой, — перебили меня. — Все вы такие.
За Ромку стало обидно. Уж чего-чего, а обвинений в абьюзе он не заслужил, разве что только в моральном, но это уже абсолютно другая история и… не про нас с ним.
— Не смей, — решительно заявила, скидывая с плеч плед. — Он…
— Софья, — резко одёрнул меня Дэн, — выдохни. Я… верю, что этот твой доморощенный Отелло не такой. Просто… просто была у меня одна знакомая, которая любила оправдывать побои одного мудака его эмоциональностью.
— Я бы не стала.
— Знаю. И этим ты мне нравишься.