Автор
В Альмате, где Иномирные растунции контролируют город, разворачивается политический кризис в Этернаполисе. Представители претендентов на трон устремляются туда, где, по пророчеству, зародится зло. Сюжет вращается вокруг Уны Райкконен и скрытой чертовщины.
А теперь ещё и плита Священного Разумения раскололось надвое, возвещая о том, что боги готовы передать своё откровение через провидицу…
– Альмата? Эта богами забытая дыра? – развеселился вероятно-наследный принц. – Сомневаюсь, чтобы кто-то из нашего дружного змеиного семейства мог там обосноваться. Разве что кого-то сослали в прошлом веке, да забыли помиловать. И ты полагаешь, заговор против меня готовится именно там?
– Не я, ваше высочество, – почтительно сказал неприметный человечек. – Это слова провидицы. Про заговор не было ни слова.
– Если какой-то благородный дьявол из Альматы намерен помешать мне взойти на престол после отречения дяди – это в любом случае заговор. Кстати, ты уверен, что старуха не ткнула в первое попавшееся место на карте? Говорят, она ложку-то до рта донести не могла, не расплескав содержимого.
– Королевская провидица ещё никогда не ошибалась, – тихо ответил другой человек: четвёртый советник Ра́змунд, убелённый сединами старец.
– Да, но и Откровений до сегодняшнего дня у неё было… всего одно. И то – сорок лет назад, – расхохотался принц. – Вот так выборка! Стопроцентное попадание!
– Она говорила чужим голосом, не раскрывая рта, так что думаю, транс был настоящий. Вместо неё вещали сами боги.
Вероятно-наследный принц только недоверчиво хмыкнул. Но посерьёзнел и спросил уже совсем другим тоном:
– Первый советник Траурен, полагаю, уже сделал из пророчества свои выводы? И наверняка сразу что-то предпринял?
Неприметный человечек в обтягивающем сером костюме бесшумно переместился ближе к принцу.
– Простите мне это своеволие, мой принц, но ваш покорный слуга проследил после и за первым советником Трауреном. Пусть и без вашего приказа. И если вам будет угодно покарать меня…
– Не будет, – оборвал его молодой человек. – Ты умеешь думать самостоятельно, а таких людей я ценю и карать за преданность не намерен. Лишь бы эта преданность распространялась только на одно лицо. Моё.
– Я служу вам не ради денег, ваше высочество, – тихо ответил соглядатай. – А потому нет такой суммы, которой мою преданность могли бы перекупить. Я обязан вам жизнью, мой принц. Мой долг перед вами – это долг совести.
– Я рад это слышать, – кивнул возможный наследник. – Пусть у меня мало соратников, зато каждый из вас – на вес золота.
– Благодарю, ваше высочество, – поклонился шпион. – Что же до первого советника Траурена, то его первый приказ был следующим…
Выслушав преданного слугу, молодой человек посерьёзнел, делая попутно пометки на бумаге.
