Автор
В постапокалиптическом Улье выживают только сильнейшие. Новички редко пережидают первую неделю в этом смертельном лабиринте, где человеческие поселения – островки спасения среди враждебного мира. Лишь немногим удается продержаться год и заслужить статус старожила. История о борьбе за...
Вот только все ракеты остались дома, ничего не взлетает. Да и куда им лететь? В Америку? Ну и где она теперь, эта Америка? Разве что отдельные города на далеких пиндосских кластерах. Во всем полный облом. Ха-ха! Давай еще по одной, что-то ты совсем нерадостный сидишь. Может не наелся? Заказать еще котлет? Не знаю из каких дворняжек их делают, но на вкус достойно.
Дверь распахнулась, на пороге показался давешний банный знакомый – Тощий. В одной руке он держал пустую бутылку, причем не из-под виски, а из-под водки, другая была занята еще одним банным знакомым – Нифелем. Разжиревший здоровяк волочил его за ногу, причем Нифель во время неаккуратной транспортировки безмятежно спал, выпустив изо рта струйку слюны.
Тощий, похоже, все это время провел в парилке. Он даже не удосужился одеться, заявился в костюме Адама и с распаренной до кирпичной красноты мордой. Впрочем, вряд ли он осознавал, что ведет себя некультурно, в его глазах царила пустота космического вакуума без единой искорки разума.
Шуст, оценив внешность кадра, насмешливо произнес:
– Смотри не замерзни."
"Тот, даже если расслышал за шумом телевизора, никак не отреагировал. Мозг все равно, что мертв. Шатаясь, направился вперед, опрокинул встретившийся на пути столик, упал всей тушей на второй, уничтожив его безвозвратно – не выдержали пластиковые ножки, разъехались в стороны.
В зал зашел Хмурый, невозмутимо ухватил оба тела, не напрягаясь потащил прочь никак не прокомментировав их дальнейшую судьбу.
– Тоже охлаждать будет? – спросил Карат.
Шуст покачал головой:
– Зачем? Четкие клиенты, не буянят, платят исправно, потребляют все что предложишь без нытья.
– Столу хана.
– Да что Хмурому этот стол? Он ничего не стоит, хлам, который летит сюда сплошным потоком. Привыкай уже к Улью, тут иная система ценностей.
– К такому не привыкнешь.
– Старайся. Ну давай уже, накатим по новой.
– Благодарю, но я пошел.
– Куда это ты без меня?!
– Спать.
– На том свете отоспишься, давай лучше нахреначимся в лютый хлам.
– Без меня оттягивайся. Устал я. Да и ноге покой надо дать.
– Вот зря ты это. Вечер еще не начался, как можно уходить?
– Для меня он уже закончился.
– Ну ты тогда это… не теряйся. Я завтра попробую протрезветь маленько, нормально пообщаемся. Да и темы есть для тебя и меня важные, перетрем. Найдешь меня?
– Я тут остановился, у Хмурого. Комнату снял. Сам меня и найдешь.
– Лады. И это… Точно все нормально? Без претензий?
– Если ты за того рубера до сих пор переживаешь, то все нормально.
