Автор
Не пей — козленочком станешь! Анна покосилась в окно, и туман окутал ее взглядом как бы живой шелковистой завесой. Стоя на аварийке, таксисты вокруг выглядели забитыми и дружным целым против непогоды, словно отдельные пуговицы засохшей кошачьей шубки.
Только теперь Анна смогла хоть немного разглядеть своих спутников. Оба в камуфляже и бронежилетах. Танк высокий и весь какой-то квадратный, с коротко стриженой головой и грубыми, словно из камня вырубленными чертами лица, и впрямь чем-то напоминает танк. Жив, наоборот, невысокий и тощий, словно подросток, лица не видно под шлемом с защитным щитком для глаз.
Пригнувшись, Танк пробежал несколько шагов, приложив плечо к прикладу то ли автомата, то ли карабина — в моделях оружия Анна разбиралась не очень, хотя стрелять (опять спасибо бывшему) немного умела.
Присев между припаркованных вдоль дороги машин, Танк, не оборачиваясь, ткнул в Анну пальцем и поманил к себе.
— Пригнись и беги к Танку, — объяснил Жив, прижавшись к стене сбоку от окна, через которое они только что вылезли.
Анна подчинилась, поминутно сжимаясь от страха, что сейчас с ней случится что-нибудь нехорошее, подбежала к Танку.
Тот, опустив руку к бедру, помахал ею вперёд-назад, и через секунду рядом с Анной сидел ещё и Жив.
— Сейчас перебежками. Я первый, все ждут команды. Как поманю, бежит Анна. Жив, ты за себя сам знаешь. Пошёл.
Это вряд ли было командой, скорее, уведомлением для неё. Танк сорвался с места и, не разгибаясь и не опуская автомат, помчался через дорогу, превратившуюся прошлой ночью в кладбище машин. Присел за седаном, припаркованным на противоположной стороне, поводил стволом из стороны в сторону.
Теперь Анна сразу поняла, что от неё требуется, побежала, старясь держаться так, чтоб голова не торчала над крышами автомобилей, приземлилась рядом с Танком. Тот, не оборачиваясь, молча показал ей большой палец.
Жив подзадержался, а когда, наконец, добрался до нового укрытия, прошептал:
— Бегуны. Трое. И топтун.
Танк кивнул и, обернувшись к Анне, приложил палец к губам.
— Как мышка.
Приподнялся над крышей седана, повертел головой. И снова побежал.
Так они миновали три таких же кирпичных пятиэтажных дома, как тот, где жила Анна, и вышли на параллельную улицу. Здесь уже стояли дома поновее и имелся даже свой торговый центр местечкового значения.
— Эх, мороженого бы, — мечтательно протянул Жив, глядя на приткнувшийся между этим центром и автобусной остановкой ларёк с приметной надписью. — Сто лет его уже не жрал.
