Автор
Не пей — козленочком станешь! Анна покосилась в окно, и туман окутал ее взглядом как бы живой шелковистой завесой. Стоя на аварийке, таксисты вокруг выглядели забитыми и дружным целым против непогоды, словно отдельные пуговицы засохшей кошачьей шубки.
Но больше никаких признаков, что на стабе есть ещё люди, Шпильке так и не встретилось.
Лес закончился резко, его, словно головку сыра, будто обрезали ножом. А прямо за этой невидимой границей расположился небольшой провинциальный городок, сплошь состоящий из утопающих в осеннем золоте деревьев трёх- и пятиэтажек. По краям покрытого бесчисленными заплатками асфальта стояли немногочисленные машины — в основном, отечественный автопром, но было и несколько вполне презентабельных, пусть и не люксовых, иномарок. Машины, как и дома, не выглядели ни старыми, ни брошенными. Создавалось впечатление, что в городке просто раннее утро, и люди ещё не проснулись. Но Шпилька уже знала — это ощущение покоя и умиротворения обманчиво."
"Скорее всего, кластер перезагрузился совсем недавно, может, даже всего час назад, и кошмар первого дня в Стиксе только начался или вот-вот начнётся. Но ей попадать в него было не с руки.
Один полный магазин, во втором осталось двадцать пять патронов. Нож — добротный, с крепким и острым клинком и удобной рукоятью с упором для пальцев, но всё же уступающий по убойности тому мачете, что остался то ли в Лондоне, а то ли в грузовике муров. И топорик, за которым она возвращалась к трупу Сыча. С такой экипировкой особо не разгуляешься, так что ей следует поторопиться, пока потенциальные заражённые не покинули свои уютные квартирки.
Бежалось, по сравнению со вчерашним, легко — почти зажившие раны и относительно ровная поверхность сделали своё дело. Шпилька успела миновать порядка пятнадцати домов, расположившихся на главной улице, когда одна из соседних машин — вполне приличного вида иномарка, — вдруг коротко пиликнула сигнализацией и завелась.
Дверь ближайшего подъезда распахнулась, и на улицу вышел вполне приличного вида мужик лет сорока. Помахивая видавшим лучшие годы портфельчиком, уверенно подошёл к машине, потянул на себя водительскую дверцу.
— Подождите, пожалуйста! — шалея от собственной безбашенности, закричала ему Шпилька.
Мужик остановился, подозрительным взглядом обвёл одетую в перепачканный кровью камуфляж девушку с ножом и висящим на плече двести третьим.
— Не бойтесь, пожалуйста, это муляж, — пояснила Шпилька, подбежав к машине. — Мы тут фильм просто снимаем. Скажите, а куда вы едете?
— Вас что, подвезти надо? — хмуро поинтересовался мужик.
— Да, — закивала Шпилька и показала рукой на восток. — Мне бы на другой конец города попасть. Опаздываю.
— На промку, что ли?
Шпилька отчаянно закивала.
