Автор
Отчаянно посмотрела на мать: бесполезно. Она упряма как осел, что требует или просит чего-то, не отступится ни перед чем. Вера в нее. Что делать? Нужно донести до нее, но это невозможно. Галюша начинает все с намеков, жалоб и мелодичного скрипания – ничего не помогает.
Но разве у нее есть выход?
Директриса, ее начальница, оказалась женщиной милейшей, коллеги, которых ей представили, – вполне симпатичные, все-таки бывшие преподаватели высших учебных заведений, а не замученные школьные училки.
И столовая с горячими завтраками и обедами оказалась прекрасной – с большущей и дорогой профессиональной кофемашиной, с выходом в курительную комнату – да-да, «демократия – это и есть уважение», – декларировала некурящая директриса."
"И старый центр, любимый, исхоженный вдоль и поперек, был не просто бонусом – подарком.
А про жалованье нечего и говорить, хотя и нагрузочка была ого-го! Это вам не тихое шуршание и бесконечные кофе с сигареткой в пыльном бюро переводов, где можно было и поболеть, и взять работу на дом, и просто ни за что не отвечать, – тут было все иначе. И страшно было: снижать планку не страшно, а вот поднимать!
Лина не вспомнила про хмурую цыганку и тогда, когда у Катьки закрутился роман. Роман не первый – с возрастом Катька похорошела и стала не просто симпатичной, а еще и стильной, модной – высокая худая блондинка с пухлыми губами и длиннющими ногами.
На Катьку новоявленный ухажер смотрел с нежностью, как смотрят на любимую женщину.
Оказалось, что Игорь этот – сирота, воспитанный бабушкой.
«Что ж, – подумала Лина, – если парень получил хорошее образование безо всяких пинков, если читает хорошие книги, если знает цену деньгам и при этом не скуп, – это удача».
В общем, Игорь им очень понравился. Но обсуждать его Лина ни с кем не стала, решила подождать.
