Автор
Вдали от земной привычки, время и пространство меняются для цеппелей. Но внутри оставляется ощущение стоящего дома. Наблюдатели поражены: вместо твердого корабля они видят рябь Пустоты. Это уникальное путешествие через неизведанное, где каждый шаг открывает неведомые доселе миры....
Он стянул войска в Каслиди и в другие крупные города, но за их пределами царит настоящий ужас. Да и в столице, как мне сообщают, не всё гладко.
– Одно Стремление не сможет поджечь континент, – негромко ответил Помпилио. – Времени не хватит. Главное – не подпускать агрессивных беженцев из Харо к своим эвакуационным зонам.
– Вы серьёзно? – изумилась Феодора.
– Твои люди соблюдают правила, они – нет. Кто победит, когда две эти массы встретятся и смешаются?
– О какой победе вы говорите?
– Ты уловила самое главное, – прежним тоном продолжил дер Даген Тур.
Несколько мгновений сенатор Уло оценивала слова Помпилио, после чего грустно ответила:
– Очень жестоко.
– У тебя впереди суровое время, Феодора, тебе придётся принимать и жёсткие, и жестокие решения.
– Этому можно научиться?
– Ты хочешь выжить и спасти своих людей?
Сенатор кивнула, но ответить не успела:
– Радиопередатчик готов, – доложил вошедший в кабинет радист. – Связь с «Пытливым амушем» установлена.
– Мы сейчас идём, – бросил дер Даген Тур через плечо, встал и подал руку Феодоре.
– Вы не умеете шифровать сигнал, а значит, вас услышат все, включая фага, – напомнила сенатор.
– Я не собираюсь говорить на универсале, – рассказал Помпилио, направляясь к радиорубке. – Жители Силаны, одной из планет Герметикона, которая, как и Траймонго, была заселена в эпоху Белого Мора, зачем-то разработали собственный язык. За основу, естественно, взяли классический универсал, однако исковеркали его настолько, что теперь его даже диалектом назвать нельзя.
– Весьма разумно. – Феодора слегка склонила голову.
– В настоящее время на Траймонго находятся всего пять человек, которые говорят на силанском: я и четверо моих офицеров. Так что фага могут слушать столько, сколько сочтут нужным, могут даже записывать – толку от этого не будет.
– Но я тоже не пойму ни слова.
– Я расскажу обо всём интересном и важном, даю слово, – пообещал дер Даген Тур, усаживаясь перед передатчиком.
– Мессер. Очень рад вас слышать.
– Взаимно, Базза. Каково положение дел на «Амуше»?
Помпилио отсутствовал несколько дней, и потому первый его вопрос был о цеппеле. Чему Дорофеев абсолютно не удивился.
– Всё штатно, мессер. Службы работают без нареканий, чрезвычайных ситуаций… больше не было. Адира Кира просит передать, что счастлива, что с вами всё в порядке.
