Автор
В холодной комнате ночи я окунался в легенды и таинства Maya, но дыхание замерло, когда книга перешла от истории к самому себе. Судьба Норы и моих подлых приказов превратила мир в мрачное поле боя, где каждый шаг может быть последним.
– Послушай, – заулыбался он, – давно хотел предложить, давай я тебе голову «сделаю». Бесплатно, конечно.
– Спасибо, милый, – улыбнулась дама, – не откажусь.
– Только ты, сделай одолжение, не рассказывай Анжелке.
– О чем? – прикинулась дурочкой Люлю. – Или ты что-то нехорошее сделал?
– Не говори ей о Нюсе, – пояснил Леша.
– Это кто такая? – продолжала ломаться Люлю. – Я незнакома с ней.
– Ты нас только что во дворе видела.
– А-а-а! Понятненько! Милая девочка, симпатичней Лиховой, хамства в лице нет, – констатировала Люлю.
Леша потер подбородок.
– Зря ты на Анжелку гонишь, она умная баба, только со съехавшей крышей. Вбила себе в голову, что мы непременно должны пожениться! Прямо беда! А у меня другие планы, вот Нюся!
– У нее небось отец богатый, – не упустила шанса ущипнуть парня Люлю, – одета хорошо, брюлики в ушах.
– У Нюси только мать, – сказал Леша.
– Тогда лучше с Анжелой оставайся, – посоветовала соседка, – та из двух морей ведром деньги черпает.
Грибков усмехнулся, потом, понизив голос, прошептал:
– Ну ее, Анжелку, с ней одни проблемы! Она с родичами поругалась, достала их по полной программе. И отец, и мать ее вон турнули, не хотят больше нахлебницу содержать, велели дочурке на работу устраиваться. Папахен заявил:
«Со службой тебе помогу, но денег больше просто так не дам».
А мамахен вообще заорала:
«Видеть тебя не желаю, выросла здоровенная оглобля, я в твое время диплом имела и родителей-пенсионеров содержала».
Вот теперь Лихова на мою шею и взгромоздилась и решила в загс меня вести, одним словом, чума! Как от нее отделаться, ума не приложу!
– Очень просто, – пожала плечами Люлю, – она тебе никто. Прямо ей скажи: «Прощай, дорогая, катись на легком катере к такой-то матери».
Алексей скривился:
– Нет, с ней так нельзя! Скандальная очень, всю квартиру мне разнесет, на работе бучу устроит.
– Ну и как ты поступишь? – заинтересовалась Люлю. – Неужели женишься?
Грибков замахал руками:
– Ни за какие пряники, погожу пока, может, сама уйдет. Поймет, что с меня шерсти не настричь, и к другому переметнется. Ты только, не дай бог, при ней о Нюсе не ляпни, Анжелка мне всю малину испортит, девчонке глаза повыцарапает.
