В Сагертской Военной Академии правят интриги и неформальные закулисные игры. Здесь гармонично сочетается благородство и скрытая амбициозность. Квэнти и Квэнни обменяются удачными шифрованными сообщениями, мимо которых пролетит лишь косноязычный комментарий, когда они прячутся в темноте под пальмами....
Если до утра не явитесь, приду за вами в казематы.
— Явимся, — уверенно произнесла я. — В казематах нам делать нечего. Там темно, сыро и холодно.
Бабушка с интересом на меня посмотрела:
— Это верно. Вопрос в том, когда ты успела это узнать.
— Запомнила по твоим рассказам.
— Ну, знаешь, лучше всего познавать жизнь на личном опыте, — подмигнула мне Мера и задумчиво добавила: — Хотя, возможно, это не тот случай.
Попрощавшись с бабушкой и получив на дорожку несколько незаконных советов из разряда «Как быстро и весело поджечь кабак», мы вышли на улицу.
— На нас смотрят, — тяжело вздохнула Нольвен и расправила плечи. — Пусть смотрят.
И на нас действительно таращились. Это смущало. Страшно представить, что бы мы чувствовали, если бы не заклятье!
«И страшно представить откат». Я поежилась.
— Давай через парк? — предложила Нольвен. — И путь сократим, и на цветы посмотрим. Говорят, что парку подарили какое-то редкое растение — ложный лилейник. Оно выглядит как лилейник, но не лилейник.
— Если оно редкое, то капризное, — логично предположила я.
— Может, стихийники чего-нибудь придумают? — пожала плечами лисонька.
— Стихийники, — проворчала я. — Делают не пойми что, исчезают не пойми куда, но все на них надеются.
До парка было рукой подать. Пройдя под кованой аркой, увитой плетистой розой, мы прошлись по аллеям и, внимательно читая указатели, нашли ложный лилейник.
— Может, это чья-то шутка? — спросила я.
— Но написано: «Близко не подходить». — Нольвен кивнула на табличку. — Может, оно чем-нибудь стреляет?
— Пыльцой только если. — Я провела ладонью по жакету и хитро улыбнулась.
— Ты куда?! — ахнула лисонька.
А я, обернувшись к ней, напомнила:
— Наши наряды надежно зачарованы. Не пачкаются, не мнутся и не… Ай!
Из-под узких длинных листочков лилейника выстрелил тонкий зеленый жгут, и растение в мгновение ока подтянулось к моей ноге!
— Сказано же — близко не подходить, — едва дыша от смеха, выдавила Нольвен.
Я подергала ногой, но лилейник держался крепко, а хохочущая подруга меня спасать не спешила. Отец-Хаос, ну до чего же идиотская ситуация!
— Хэй, росточек. — Я присела на корточки перед обхватившим мою ногу цветком. — Давай ты меня отпустишь? А я тебе завтра принесу удобрений. Самых лучших!
Цветок как будто прислушался ко мне и странно заизвивался.
