Автор
История о запретной любви и внутреннем конфликте. Героиня вынуждена столкнуться с человеком, который когда-то разбил её сердце — своим сводным братом. Между болью прошлого и притяжением настоящего ей предстоит выбрать: бежать или рискнуть всем ради шанса понять его душу и, возможно, исцелиться.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Сахар на дне»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
История о запретной любви и внутреннем конфликте. Героиня вынуждена столкнуться с человеком, который когда-то разбил её сердце — своим сводным братом. Между болью прошлого и притяжением настоящего ей предстоит выбрать: бежать или рискнуть всем ради шанса понять его душу и, возможно, исцелиться.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История о запретной любви и внутреннем конфликте. Героиня вынуждена столкнуться с человеком, который когда-то разбил её сердце — своим сводным братом. Между болью прошлого и притяжением настоящего ей предстоит выбрать: бежать или рискнуть всем ради шанса понять его душу и, возможно, исцелиться.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Всё рассмотрела, бестолочь?
Дергаюсь от неожиданности. Господи, неужели я думала, что шесть лет могли его изменить? Начать с оскорбления — это так его.
— Классный халатик, сегодня в тему, — его голос ещё хрипит, но интонация бьёт, заставляя снова почувствовать себя маленькой испуганной девочкой в чужом доме.
— Привет, Лёша, — выдавливаю из себя, выпрямляя спину.
И тут вдруг его взгляд меняется. Шевцов прищуривается и тянется рукой, опутанной трубками. Слегка касается пальцем моего колена, а потом потрясённо выдыхает:
— Ты настоящая?
3
— Какой сейчас год?
Шевцов отвечает мне недоумённым взглядом.
— В смысле?
— Назови год, полные фамилию, имя, отчество…
— Год рождения, табельный номер оружия, — недовольно перебивает он меня. — Я понял.
Поднимаю бровь в ожидании ответа, выдерживая его взгляд.
— Две тысячи девятнадцатый, — недовольно чеканит Алексей, сердито глядя мне в глаза. — Шевцов Алексей Викторович. 1994. Гвардии сержант. Табельный номер оружия 20/28. Довольна?
— Вполне, — складываю руки на груди.
Молчим, продолжая сверлить друг друга взглядами. Это как-то немного неправильно. Он недавно перенёс наркоз и сейчас на сильных анестетиках, а я тут самоутверждаюсь.
— Извини, — сдуваюсь. — Просто ты спросил, реальна ли я. Я должна была проверить.
Алексей молчит, а потом переводит взгляд в потолок.
— Ты мне снилась, — говорит так тихо, что я едва различаю. — После каждого грёбаного боя. Поэтому я и решил, что ты ненастоящая.
Это тихое признание вдруг выбивает почву у меня из-под ног, заставляя давно замершее сердце заколотиться. Или же снова виноват наркоз. Но я сижу как приклеенная, и не могу ничего ответить.
— Итак, ты врач, — спустя бесконечные минуты молчания произносит Алексей.
— Да. Сегодня мой второй рабочий день.
— Специальность?
— Психиатр-невролог.
— Отлично, — усмехается. — Мне уже нужен психиатр?
— Он всем нужен.
— Это точно, — Шевцов хрипло смеётся, пытаясь приподняться выше, чтобы сесть.
— Стой! — испуганно подпрыгиваю со стула и кладу руки ему на плечи. — Тебе нельзя вставать! Ещё очень рано.
Скрипнув от злости зубами, Шевцов откидывается на спину, а я отдёргиваю руки, словно обжёгшись. Так не пойдёт, доктор Яна. Нужно выпутываться из этой электрической сети вокруг сводного брата. Все мои чувства сигналят об опасности, к ним стоит прислушаться.
После пережитого стресса для Шевцова и так всё слишком. Он даже не поинтересовался своим состоянием. Или же решил, что я так себе врач.
— Мне пора, — встаю, пряча руки в карманы халата. — А ты постарайся поспать.
Шевцов ничего не отвечает и лишь устало смеживает веки. А я спешу в ординаторскую, где моя наставница уже готовиться к новому рабочему дню. У меня должно остаться ещё минут пятнадцать.
