Сахар на обветренных губах (СИ) — читать онлайн бесплатно полностью

Не знаю, то ли она всегда была сломана, то ли папа пытался довести её до какого-то совершенства, но он постоянно ковырялся в ней. Придёт с работы, поужинает, и потом мы спускались во двор, где я была на подхвате и подавала ключи. А поздно вечером светила ему фонарём, пока мама ругала нас, выглядывая из окна. А потом он умер. Несчастный случай. Мне толком никто ничего не объяснял, но из разговоров взрослых я поняла, что его сбил какой-то большегруз, который сдавал назад. Вот… кхм, — я поймала отражение луны в черном чае и сосредоточила внимание только на нём, чтобы отбросить все эмоции и остаться в роли безучастного рассказчика. — А потом появился отчим. Очень быстро. Мне кажется, даже двух месяцев не прошло со дня похорон папы. Мама просто однажды ночью пьяная привела его. И всё. И он остался. Сначала я приняла его в штыки, конечно. Но он старался быть хорошим, дарил подарки мне и маме. Мама плакала и просила его принять. Я согласилась. Лишь бы она не плакала. Думала, ей правда тяжело. Они поженились, он начал требовать, чтобы я называла его папа. Этому я сопротивлялась, наверное, даже сильнее тому, что он теперь живёт с нами всегда. И он начал меня бить. Сначала несильно, аккуратно и пока не видит мама. Просил, не рассказывать ей. А потом ударил меня при ней. Ну, и, видимо, понял, что ему за это ничего не будет, потому что мама никак на это не отреагировала, и начал бить уже на постоянной основе. И меня, и маму. Он её даже беременную бил. Потом появилась Катя, он немного отвлёкся на неё, начал играть в хорошего папу, но надолго его не хватило. Они пили, за Катей смотреть оставалась я. Иногда пропадали на неделю или приводили компанию к нам в квартиру. А мне лет двенадцать, Кате год… Короче, это был ад. Пьянки, постоянные драки, у меня на руках Катя, а я ещё бегаю защищать маму, чтобы он её не бил. Тогда я её ещё жалела. Я её и сейчас жалею, в общем-то, но иногда я и сама слышу, как она напрашивается. Но мне, всё равно, прилетало чаще и больше. Меня тоже пытались воспитать, — усмехнулась я невесело и мельком глянула на мужчину, который слушал меня настолько внимательно, что, казалось, за всё это время даже не шевельнулся ни разу. — Так что шрамов у меня тоже достаточно, но они, в основном, на ногах, на коленях. Со временем я поняла, что ему важно довести меня не просто до слёз, а до истерики. Он бил меня до тех пор, пока в меня… не знаю… не вселиться какой-то демон, из-за которого я начинала истошно кричать и пытаться с ним драться. Он всегда с этого веселился, находил забавным. Дразнил. Поняв это, я просто перестала плакать при нём. Совсем. Научилась сдерживать слёзы, даже тогда, когда было очень больно. А потом смеялась уже я, когда он начинал злиться ещё сильнее, видя вместо слёз улыбку.