Передо мной лежала детская открытка с медвежатами. Каждый год отец присылал мне такую на день рождения, но он ушёл много лет назад. Теперь эта простота и обычность открытки становится необычной приманкой, заставляющей задуматься о тайнах прошедшего и незримых связях между поколениями....
Он запросто может сказать, что я сама виновата. И тогда посыплется шквал упрёков, а этого я совсем не хотела, поэтому решила просто промолчать и уставилась в окно, плотнее закутавшись в его куртку.
В первый день в новом лицее, когда Шевцов по распоряжению отца отвозил меня, я не могла понять, что за запах в машине – ароматизатор или парфюм Алексея. Но сейчас, уткнувшись носом в ворот его куртки, я поняла. Странное сочетание парфюмерной композиции – какие-то морские или океанические мотивы – холод, смешанные с горько-сладким ароматом грейпфрута.
За своими думами я не заметила, как мы подъехали к автозаправке, и Шевцов остановил машину. Не сказав ни слова, он вышел из салона, но так и не подошёл к терминалу, а скрылся за дверью магазинчика.
Через пару минут сводный брат вернулся, держа в руках стакан с кофе.
– Выпей, – протянул его мне.
– Спасибо.
Я приняла бумажный стакан и сделала глоток. Сладко, ароматно и… Горло внезапно обожгло, и я закашлялась.
– Блин, – я едва смогла вдохнуть, – он же…
– С коньяком, – Алексей захлопнул дверь и снова завёл мотор.
– Ну и зачем? Теперь мало того, что я заявлюсь домой в чужих шмотках, так ещё и с запахом алкоголя.
И тут произошло невероятное.
– Пей и не тупи. Сейчас грипп, а ты насквозь промёрзла.
– Вот сам и пей.
Умник. Я не пью алкоголь вообще. И что вообще за глупость, что так можно обезопасить себя от простуды? Или занятая фильтрацией крови печень лучше справиться с вирусной нагрузкой? Да и вообще, нет полезной дозы алкоголя, сказки это всё. Он вредный. Точка.
– Хорошо.
