Автор
В темное ущелье дороги к особняку Фостеров вставляются последние метры. Тысяча факторов бьется о голову авторучкой, но главный страх — спасти машину до смерти пробежавшей по мостовой водяную лавки. Здесь ты слышишь лишь шум двигателя и собственных сердечных сокращений....
— Он получил то, чего хотел, и отныне не должен появляться в нашей жизни.
Облегчённо выдохнула и хлебнула из чашки остывший чай, пытаясь унять свою дрожь.
— Дэвид говорил неприятные вещи, — вымолвила, облизнув губы. — Он бросил тебя в лесу, и я… чуть с ума не сошла. Обманул меня, не позволял пойти на твои поиски.
— И это знаю. Дэвид избалован. Одержим жаждой денег и привык к вседозволенности.
— Ты простил его? — спросила его удивленно не в силах в это поверить.
— После смерти отца я давал ему самое лучшее. Позволял слишком многое, о чём теперь сожалею.
— Хорошо, если так, — выдохнула, веря в то, что Дэвид больше не осмелится на ужасные вещи."
"Наш разговор зашёл слишком далеко. Он омрачал наше с ним прекрасное уединение. Не хотелось и дальше продолжать прогулку на печальной ноте. То, что сегодня услышала, было вполне достаточным, чтобы узнать о прошлом Ричарда. Понять его.
Оставалось всего пару дней рядом с Ричардом. Хотелось провести их так, чтобы они надолго запечатлелись в моей памяти.
Я решила для себя, что отпущу себя. Не стану думать о том, что находиться с братьями Фостерами было неправильно, аморально. Что своим телом расплачиваюсь за долги отца и данное мной слово.
Мне нравился Ричард. До безумия просто. Чем больше я находилась рядом с ним, тем глубже он проникал в мою душу.
Моё тело, вкусив запретный плод, желало его снова. Это было сильнее меня, и пока находилась рядом с Ричардом, решила, что буду наслаждаться каждой проведённой минутой рядом с ним.
— Это правда, что говорил мой отец? О том, что ты приходил к нему и просил меня? — спросила, пытаясь понять, какие цели он преследовал, когда явился в мой дом.
Хотелось знать, возможно ли такое, что Ричард имел на мой счёт более серьёзные намерения, нежели только похоть и удовлетворение своих мужских потребностей.
— Да, — улыбнулся мне, ни капли не лукавя или увиливая от ответа. — Приходил. Но жалею, что так поступил. Нужно было просто тебя выкрасть и привезти сюда. На этот берег, — засмеялся, касаясь моей щеки.
— Я бы выцарапала тебе глаза, Ричард, — засмеялась в ответ, представив эту дикую картину.
На тот момент он был для меня самым страшным и опасным мужчиной во всём городе, и моя реакция была бы вполне предсказуема.
