Жанр
Игорь Овсянников отправляется за границу и попадает в параллельный мир Пакс, где он вынужден жить среди кошек. Он сталкивается с необычным объявлением о работе, которое влечет за собой конфликт между его желаниями и суровой реальностью нового мира.
Раздел Chitat.online для книги «Самец взъерошенный» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Игорь Овсянников отправляется за границу и попадает в параллельный мир Пакс, где он вынужден жить среди кошек. Он сталкивается с необычным объявлением о работе, которое влечет за собой конфликт между его желаниями и суровой реальностью нового мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анатолий Федорович Дроздов Легкое чтение Детективы Самиздат подборки серии
Игорь Овсянников отправляется за границу и попадает в параллельный мир Пакс, где он вынужден жить среди кошек. Он сталкивается с необычным объявлением о работе, которое влечет за собой конфликт между его желаниями и суровой реальностью нового мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Конница, простучав копытами под аркой ворот, втекла внутрь.
Сразу за стеной нас ждал шок: на обочине стоял билборд, самый настоящий! Он представлял собой каменную стенку с изображением, выполненным мозаикой. Сюжет… Здоровенный мужик имел молодую треспарту в коленно-локтевой позе. Хвост дамочки был задран, а лицо изображало фальшивую радость, как у актрис из нашей рекламы. Текст поверху картинки гласил: «Лучший лупанарий Рома! Виа Претория. Удовольствие и здоровые дети!»
Мы переглянулись. Я перевел надпись, парни заржали. Я поддержал. «Кошки» покосились и засмеялись.
– Это один из пришлых придумал, – сообщила Лола. – Раньше таких картин в Роме не было.
Нашли, что позаимствовать! Закона против порнографии на вас нету! Успокоившись, мы закрутили головами, разглядывая дома и улицы. Последние были мощеными и достаточно широкими, чтобы встречные повозки могли разминуться. Дома сразу за стенами стояли многоэтажные, а ближе к центру показались облицованные мрамором роскошные дворцы. Крыши некоторых покрывали листы меди. Пару раз встретились площади, окруженные величественными зданиями с лесом колонн – то ли храмы, то ли обиталища местной власти.
На площадях красовались мраморные и бронзовые статуи – мужчины и женщины. Женщины задрапированы в длинную, спадающую ниже пят одежду, а вот мужики стояли совсем голые – даже фиговых листков не наблюдалось. Агрегаты у всех были в рабочем состоянии. У мраморных статуй они выделялись более светлым цветом, а у бронзовых просто блестели. Парни, заметив, захихикали.
– Что это? – спросил я Виталию, указав на статуи.
– Обычай, – смутилась она. – Если подержаться за фаллос, богиня пошлет удачу.
Я перевел, парни засмеялись.
– Пусть за мой подержатся! – предложил Олег и ухмыльнулся. – Удачу гарантирую.
Переводить его слова я не стал. Ала спешилась возле одного из помпезных строений, я, Виталия и трибун поднялись по мраморным ступеням. За дверью оказался просторный зал, освещаемый из окон под крышей. Стекол в окнах не имелось. Трибун подвела нас к мраморному столу. За ним восседала женщина в длинной, до пят, тунике.
– Гражданин Игрр желает подать жалобу! – объявила трибун.
Женщина кивнула и взяла из стопки, лежавшей перед ней, лист пергамента, после чего обмакнула заостренную камышинку в бронзовую чернильницу. Процедура не затянулась. Трибун под наши молчаливые кивки продиктовала обвинение, я и Виталия, взяв протянутую камышинку, поочередно поставили подписи, после чего трибун заверила их отпечатком перстня.
