Но воспоминания о поцелуе не имели к этому решению никакого отношения! Они были здесь совершенно ни при чем! Так же как и внезапная, неведомо откуда взявшаяся убежденность в том, что он действительно говорит правду.
— Я невиновен в атом преступлении, — еще раз повторил Зак, не давая ей отвести взгляд.
Его слова потрясли Джулию, но она все еще продолжала упорно сопротивляться собственным чувствам, стараясь не позволить им взять верх над разумом.
— Если же ты все-таки не можешь поверить в то, что я тебе сказал, — в этом месте голос Зака немного посуровел, — то попытайся по крайней мере сделать вид, что веришь мне, и помоги скрасить эту ночь.
Подавив жгучее желание согласно кивнуть, Джулия осторожно спросила:
— Что ты имеешь в виду под словом «скрасить»?
— Беседу, — последовал неожиданный ответ, — за последние годы я успел забыть о том, какое это удовольствие — непринужденно беседовать с умной женщиной. Правда, я успел забыть и о том, что такое приличная еда, камин, лунный свет, льющийся сквозь незарешеченные окна, хорошая музыка и хорошенькие женщины, — сказал он и с улыбкой добавил, причем в его голосе появились вкрадчиво-льстивые нотки:
— Если ты согласишься на перемирие, то я соглашусь исполнять роль повара. .После того как он недвусмысленно назвал ее хорошенькой женщиной, Джулия немного заколебалась, но потом решила, что это был просто ни к чему не обязывающий, но вполне искренний комплимент. В конце концов ей предлагалось провести вечер в покое, отказавшись от всякого страха, а ее измочаленным нервам это было просто необходимо. Да и что может случиться, если она согласится выполнить его просьбу? По крайней мере вреда это уж точно никому не принесет. Особенно в том случае, если он действительно невиновен.
— Значит, готовить будешь ты? — начала она шутливый торг.
Поняв, что Джулия готова согласиться, Зак кивнул, и его суровое лицо осветилось белозубой улыбкой, от которой с пульсом Джулии стали происходить какие-то непонятные вещи.
— Хорошо, — сказала она и, несмотря на принятое решение сохранять полную отчужденность, в свою очередь, не смогла сдержать улыбку, — но при условии, что убирать со стола и мыть посуду тоже будешь ты.
Зак с трудом подавил смех и с совершенно серьезным видом кивнул еще раз:
— Это, конечно, очень жесткое условие, но я согласен. Присядь где-нибудь, пока я закончу готовить ужин.
Джулия послушно села на один из высоких кожаных табуретов у стойки, которая отделяла кухню от гостиной.
— Расскажи мне о себе, — попросил Зак, доставая из духовки печеную картошку.
Джулия сделала еще глоток вина для храбрости.
— А что ты хочешь узнать?
— Ну, для начала какие-то самые обычные вещи, — ответил он, продолжая заниматься своим делом. — Ты сказала, что не замужем.