— Но это же смешно!
— Этот человек не смеялся. Он говорил совершенно серьезно. Мне кажется, что тебе нужно позвонить в полицию. Томми задумался, но потом решительно покачал головой.
— Нет, кто бы ни был звонивший, он — либо неостроумный шутник, либо обычный сумасшедший.
— И откуда же тогда он взял номер твоего телефона, которого нет ни в одной телефонной книге?
— Очевидно, — попытался пошутить Томми, — этот сумасшедший — один из моих знакомых.
Сестра Томми подошла к журнальному столику, взяла телефон и протянула его брату.
— Звони в полицию. Даже если тебе безразлична собственная безопасность, ты все равно должен это сделать.
Поняв, что она не отступит, Томми со вздохом снял трубку:
— Ладно. Но я не удивлюсь, если они просто рассмеются мне в лицо.
Диана Коупленд высвободилась из объятий любовника и потянулась к телефону, стоявшему на столике в гостиной роскошного особняка в Беверли-Хиллз.
— Диана, — недовольно пробурчал человек, лицо которого было так же хорошо знакомо зрителям, как и лицо Коупленд, — неужели твоя горничная не может ответить на звонок?"
"— Это моя личная линия, — объяснила она, снимая трубку. — Наверное, какие-то изменения в завтрашних съемках. Алло?
— Ди-Ди? — послышался в трубке низкий мужской голос. — Это Зак. Ты знала, кто убил Рейчел, но позволила им осудить меня. Теперь можешь считать себя покойницей.
— Зак, подожди!.. — начала Диана, но в трубке уже раздавались короткие гудки.
— Кто это был?
Посмотрев на него невидящим взглядом, Диана медленно поднялась с дивана и застыла.
— Зак Бенедикт… — Голос ее дрожал.
— Что? Ты уверена?
— Он… Он назвал меня Ди-Ди. А так меня называл только Зак.
С этими словами Диана вышла из столовой и направилась в спальню. Сняв трубку телефона, который стоял на тумбочке рядом с кроватью, она набрала знакомый номер.
— Тони? Я… Мне только что звонил Зак Бенедикт.
— Мне тоже. Не волнуйся. Это был просто какой-то, сумасшедший.
— Но этот сумасшедший назвал меня Ди-Ди! А так меня звал только Зак, Он сказал, что я знала, кто убил Рейчел, но позволила ему сесть в тюрьму. И теперь он собирается убить меня.
— Успокойся! И не забивай себе голову всякой ерундой! Скорее всего, это какой-то дотошный репортеришка, который за неимением лучшего пытается оживить уже начавший затухать скандал с побегом.
— Я звоню в полицию.
— Это твое дело. Если тебе нравится выглядеть полной идиоткой, не смею тебе мешать. Только не надо втягивать в это меня. Звонивший, кто бы это ни был, — не Зак.
— А я тебе говорю, что это он!
Эмили Макдэниелс подошла к бассейну и поудобнее устроилась в шезлонге. Бассейн, так же как и весь этот дом в Бенедикт Каньоне, принадлежал ее мужу, доктору Ричарду Гроуверу.