Безуспешно попытавшись поудобнее устроиться на жестком деревянном сиденье, Джулия нервно стиснула сумочку, на несколько мгновений почувствовав себя жалкой и никому не нужной просительницей. Атмосфера холла была явно рассчитана именно на такую реакцию со стороны непрошеных гостей. Джулия тряхнула головой, отгоняя охватившее ее оцепенение, и постаралась сосредоточиться на том, что собиралась сказать бабке Зака. Погруженная в собственные мысли, она вздрогнула от неожиданности, когда за ее спиной снова послышались шаркающие шаги.
— Мадам сможет уделить вам ровно пять минут, — сообщил дворецкий."
"Такое обескураживающее начало никак нельзя было назвать многообещающим, но Джулия, следуя за сутулой спиной слуги по широкому коридору, старалась не думать об этом. Наконец дворецкий распахнул одну из высоких дверей, за которой открылась большая комната с массивным камином и роскошным персидским ковром на темном паркете. Перед камином стояла пара кресел с высокими спинками, обитых выцветшей от времени гобеленовой тканью.
Джулия огляделась и, не заметив никого, подошла к столу, уставленному фотографиями в серебряных рамках. Зачарованно рассматривая лица родственников и предков Зака, она подумала о том, что он нисколько не преувеличивал, когда говорил о поразительном фамильном сходстве всех мужчин рода Стенхоупов. Из задумчивости ее вывел резкий, неприветливый голос:
— Я бы на вашем месте не тратила одну из отведенных вам пяти минут на столь бессмысленное занятие, мисс Мэтисон.
Джулия резко обернулась в поисках источника этого зловещего голоса и невольно вздрогнула от неожиданности. С одного из кресел, опираясь на трость из черного дерева с серебряной рукояткой, поднялась пожилая дама, до сих пор скрытая от нее высокой спинкой. Это была отнюдь не та миниатюрная старушка, которую Джулия ожидала увидеть, особенно после встречи с дворецким. Маргарет Стенхоуп оказалась почти на полголовы выше Джулии, что, учитывая ее необыкновенно прямую и горделивую осанку, производило довольно-таки внушительное впечатление. Ледяное, неприступное выражение удивительно гладкого, почти не тронутого старческими морщинами лица не предвещало ничего хорошего.
— Мисс Мэтисон! Можете сесть, можете стоять, но я бы хотела как можно скорее узнать причину вашего столь неожиданного визита.
— Прошу прощения, — растерянно пробормотала Джулия, поспешно усаживаясь во второе кресло с высокой спинкой напротив бабки Зака. Она решила сесть лишь потому, что не хотела вынуждать хозяйку дома продолжать стоять, хотя в глубине души понимала, что это не имеет значения. Маргарет Стенхоуп привыкла поступать согласно своим желаниям, не особенно церемонясь с окружающими.