– Здравия желаю, товарищ капитан! – Виктор приложил к шапке ладонь.
– Садись. О беде твоей знаю и вот что хочу предложить: у нас почти исправная самоходка есть, недавно в расположение роты притащили. Мотор неисправен, перебирают. Думаю тягачом ее в ваш бывший капонир затащить. Ты же наводчик, вот и будешь огнем поддерживать – как из артиллерийского дота.
– У пушки электроспуск, напряжение в бортовой сети должно быть.
– Ты посмотри на него, яйцо курицу учит! Аккумулятор зарядим, поставим – всего-то и дела что на две копейки. Иди к помпотеху, принимай технику.
– Есть! – Виктор вскочил.
Комбат принял решение, его же дело – выполнять. Неклюева понять можно: потери большие, и даже одна, пусть и неподвижная пушка – большое подспорье.
Виктор отправился к помпотеху.
У самоходки был снят броневой щит над моторным отделением и вместо двигателя зияла пустота.
– Знаю, комбат говорил, – встретил его помпотех. – Иди, перетаскивай снаряды с грузовика. Как стемнеет – перетащим твою самоходку.
Виктор уже хотел возразить – какая она моя? Хотя… Двигатель отремонтируют и поставят, экипаж наберут, и вполне может статься, что это его будущая машина.
Он забрался в «артштурм», открыл замок пушки, осмотрел ствол, покрутил маховики, проверил прицел. Все было исправно. В двадцати шагах стояла полуторка со снарядами. Маркировка на всех ящиках немецкая, ящики аккуратные, добротные…
Виктор притащил по одному пять ящиков, потом перегрузил снаряды в боеукладку. Пустые же ящики перенес в свою землянку – будет чем печь топить.
Пока возился, настали сумерки – зимой темнеет рано.
Когда он вернулся к самоходке, ее уже прицепили тросами к тягачу – причем сразу двумя тросами, и это называлось «брать на усы». Если бы в самоходке был механик-водитель, хватило бы и одного троса.
Виктор взобрался на рубку – на башенном погоне тягача-танка сидел помпотех. Так они и поволокли самоходку.
Громко лязгали траки. Когда работает мотор, их не так слышно, солирует рев двигателя.
Самоходку загнали в капонир, и только тут Виктор спохватился: самоходка окрашена в серый цвет и будет выделяться на снегу. Пришлось на тягаче ехать на рембазу, брать ведро с известкой и белить рубку. На морозе известковый раствор не столько сох, сколько сразу замерзал, но все же труды его не пропали даром – самоходка не бросалась в глаза.
Усталый, Виктор поплелся на кухню – за всей этой суетой он забыл пообедать.
На кухне повар выскреб из котла остатки каши.
