Лето 1945 года. В Москве убит священник отец Илларион. Сыщики готовы списать преступление на цыган, но загадочная улика в руке жертвы заставляет их усомниться. Начинается расследование, которое откроет страшные тайны и приведет к неожиданной развязке. Детективный триллер о послевоенной Москве.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Самый страшный след»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Лето 1945 года. В Москве убит священник отец Илларион. Сыщики готовы списать преступление на цыган, но загадочная улика в руке жертвы заставляет их усомниться. Начинается расследование, которое откроет страшные тайны и приведет к неожиданной развязке. Детективный триллер о послевоенной Москве.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Лето 1945 года. В Москве убит священник отец Илларион. Сыщики готовы списать преступление на цыган, но загадочная улика в руке жертвы заставляет их усомниться. Начинается расследование, которое откроет страшные тайны и приведет к неожиданной развязке. Детективный триллер о послевоенной Москве.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Революция, Гражданская война и первые годы советской власти стали для всех слоев цыганского общества нелегким испытанием. Больше других досталось зажиточным цыганам: купцам, земле- и домовладельцам. Характер и ментальность не позволяли им вступать в открытую конфронтацию. Жизнь для них всегда оставалась дороже материальных благ, и поэтому даже оседлым цыганам, потерявшим все нажитое, приходилось уезжать с насиженных мест и начинать все с нуля.
«Раскулачивала» советская власть и менее зажиточных: забирала лошадей, кибитки, имущество. Но все потуги оказались напрасными — цыгане не желали становиться на путь социализма и раз за разом возвращались к привычной свободной жизни.
Большевики допустили серьезную ошибку, надеясь на то, что беднейшее цыганское большинство станет их союзником. По своей сути цыгане были аполитичны и не восприимчивы к классовой розни, так как наличие богатых людей всегда помогало им выживать. Ведь мелодичные цыганские романсы и зажигательные танцы всегда неплохо оплачивались денежной ресторанной публикой, и при этом обе стороны были довольны друг другом. Так называемое взаимовыгодное приспособление.
Поэтому в начале тридцатых годов Советская власть начала практиковать массовые облавы и высылку цыган в Сибирь и северные регионы страны. Поутихла эта волна лишь за два-три года до начала Великой Отечественной войны.
* * *— …Саня, я всегда гордился дружбой с тобой. Ты начитанный, образованный, культурный… черт, даже не знаю, какой еще… Короче, умный! — выслушав товарища, сказал Иван. — Твой рассказ о цыганах, конечно, интересен. Только видишь ли, в чем дело… Я ведь тоже по духу интернационалист, да только сволочей не перевариваю. А сволочей среди них предостаточно.
— Ты о тяге цыган к воровству и нежелании трудиться на благо общества?
— Так точно. И не учитывать подобные качества этого с позволения сказать «народа» я в своей работе не имею права. Не имею! Ты вот сейчас распекался об их разнесчастной судьбе: дескать, и национальности такой нет, и притесняли их всячески… Может, оно и так. Да только мне сейчас вспомнился доклад комиссара Урусова в сорок четвертом году.
— Ты мне не рассказывал об этом. Что за доклад?
— Урусова тогда только назначили начальником МУРа. Собрал он весь свободный личный состав в актовом зале и, прежде чем обозначить задачи, мобилизовать, так сказать, поведал историю о Кузьме Песочникове. Слышал о таком?
— Нет.
— Песочников — старый большевик, руководил в 1918 году восстанием рабочих и солдат в Мурманске. Там же несколько лет боролся с контрреволюцией и саботажем. А умер в блокадном Ленинграде от голода. При этом знаешь какую он занимал должность?
— Нет, конечно, — мотнул Васильков головой.
