Лето 1945 года. В Москве убит священник отец Илларион. Сыщики готовы списать преступление на цыган, но загадочная улика в руке жертвы заставляет их усомниться. Начинается расследование, которое откроет страшные тайны и приведет к неожиданной развязке. Детективный триллер о послевоенной Москве.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Самый страшный след»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Лето 1945 года. В Москве убит священник отец Илларион. Сыщики готовы списать преступление на цыган, но загадочная улика в руке жертвы заставляет их усомниться. Начинается расследование, которое откроет страшные тайны и приведет к неожиданной развязке. Детективный триллер о послевоенной Москве.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Лето 1945 года. В Москве убит священник отец Илларион. Сыщики готовы списать преступление на цыган, но загадочная улика в руке жертвы заставляет их усомниться. Начинается расследование, которое откроет страшные тайны и приведет к неожиданной развязке. Детективный триллер о послевоенной Москве.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Им было поручено побеседовать с медперсоналом, а также просмотреть журналы обращений за медицинской помощью. Раз плешивый с базара оказался не простым сумасшедшим, а, возможно, одним из убийц отца Иллариона, то им следовало заняться всерьез.
Ставя подчиненным задачу, Старцев надеялся нащупать его след. По рассказам Валентины. рана правой ладони оказалась довольно глубокой, одной обработки и перевязки для полного выздоровления было явно недостаточно. «Стало быть, — решил Иван, — он обязательно обратится к врачу еще раз».
* * *— Спасибо, Саня. Мысль наведаться в Челобитьево на похороны священника пришла тебе очень вовремя, — поблагодарил по дороге в село Старцев. И признался: — Я уже, честно говоря, все мозги сломал над этим ребусом. Такое состояние, будто стакан чистого спирту хватанул.
— Не стоит благодарности, — ответил Васильков. — А состояние знакомое. У самого почти такое же.
Егоров поддержал:
— Часиков шесть поспать бы не помешало. Для нормальной работы башки.
— Отдохнем, братцы, отдохнем, — выщелкнул из пачки папиросу Иван. — Вот покончим с этим дельцем, обещаю выбить у начальства каждому по отгулу…
Успели вовремя. Едва свернули на сельскую улицу, где находился дом отца Иллариона, сразу же заметили большое скопление народа.
— Ого! — невольно воскликнул водитель — пожилой старшина. — У нас под Тулой в сороковом так комиссара хоронили, героя Гражданской.
Остановились поодаль, чтобы не мешать процессии пройти по узкой улице. Муровцы вышли из машины, закурили. Не привлекая внимания, переместились поближе к деревянному дому, у крыльца которого на табуретках стоял гроб с отцом Илларионом."
"Покойный выглядел сухощавым глубоким старцем. Лицо и ладони его при жизни были настолько смуглыми, что даже смерть не смогла окрасить их бледностью. Глаза его были закрыты, уста сомкнуты. Руки с вложенной иконой лежали крестообразно на груди.
Несколько женщин голосили рядом с гробом. Остальные прихожане стояли молча на незначительном удалении. Мужчины с суровыми лицами молчали, женщины то и дело промокали глаза платочками. Присутствовали на похоронах и представители Московской епархии.
— Глядите в оба, — предупредил товарищей Старцев.
Сыщики растворились в толпе и принялись осторожно рассматривать присутствующих. Васильков уже встречался со странным типом на московском базаре, а Старцев и Егоров были знакомы с его внешностью благодаря подробному словесному портрету, составленному тем же Васильковым.
По окончании панихиды гроб с усопшим подняли и вынесли со двора. Сформировавшаяся сама собой процессия направилась в старую церковь, где предстояла процедура отпевания. Шествие дало ясную картину того, сколько народу прибыло для прощания с отцом Илларионом.
