В Санеке все напряженно царит атмосфера жестоких схваток за власть и жизни. Сквозь призму юмора и парадокса просвечивает дьявольская серьезность каждого шага. Как только главный герой открывает глаза после долгого бессонного дня, начинается настоящий ад — от жестоких издевательств до кровавых сражений, где каждый должен продемонстрировать свою силу....
Полоса была пусть и не в идеальном состоянии, чуть припорошенная снегом, но сели мы без проблем.
Рассказывать о встрече и пребывании дома я не стану. Думаю, всем знакомо чувство радости, даже восторга, а потом грусти и ностальгии при возвращении домой после долгого отсутствия. Да и в книгах это описано не один и не два раза, поэтому все это рассказывать по новой я не вижу большого смысла. Скажу только, что дома меня не покидала одна навязчивая мысль. Может, ну нафиг всю эту суету с развитием бизнеса, помощью стране и прочим? Схватить в охапку Кристину, притащить ее сюда, построить здесь особняк со всеми мыслимыми и не очень удобствами, и пусть этот мир живет, как ему хочется, а я буду здесь наслаждаться жизнью в тишине и покое, рядом с любимой женщиной?
Глупые мысли и неосуществимые в моем случае, но кто бы только знал, как мне хочется пожить именно такой жизнью.
В таких размышлениях, в радости от встречи с родным человеком и в грусти от осознания, что я не смогу задержаться надолго, и прошли почему-то короткие дни, отведенные на визит домой.
Не могу словами выразить, какие чувства меня обуревали, когда я снова прощался с дедом, понимая, что теперь-то уж точно мы нескоро увидимся. Дед, будто чувствуя это мое состояние, обнял меня на прощание и тихо произнес:
— Ничего, Саша, увидимся еще, я в это верю.
Я аж уть не разрыдался у всех на глазах. Сам не понимаю, как сдержался.
В Москве мне пришлось выдержать бой с двумя аксакалами, которые, похоже, взяли надо мной шефство. Это я говорю об Орджоникидзе и Ворошилове. Они в два голоса начали уговаривать меня не ездить за границу. Дескать, у меня и отсюда неплохо получается решать вопросы, так зачем тогда куда-то ехать? Не стал им говорить, что меня ждет невеста в Париже, просто обозначил, что срочно надо ехать, у меня ведь не только концерн, а еще и другие начинания, которые без меня стоят на паузе.
Абрам Лазаревич еще раньше умотал в Америку вместе с отобранными для ЧВК людьми, поэтому мне поневоле пришлось напрягать своими просьбами Яшу. Больше было некого. Дело в том, что у меня лежали без дела все нужные для ремонта дома материалы и бытовая техника. Более того, были даже люди, которые могут сделать ремонт и только и ждут, когда освободится дом.
