В Санеке все напряженно царит атмосфера жестоких схваток за власть и жизни. Сквозь призму юмора и парадокса просвечивает дьявольская серьезность каждого шага. Как только главный герой открывает глаза после долгого бессонного дня, начинается настоящий ад — от жестоких издевательств до кровавых сражений, где каждый должен продемонстрировать свою силу....
Отдал это телохранителям, сказав, что как опытный путешественник он точно знает, что продукты в дороге лишними не будут. Рассказываю все это в подробностях, потому что такое отношение от не самых последних людей в стране, да еще и в такое время, когда продукты в жесточайшем дефиците, ну очень дорогого стоит. И я сейчас говорю совсем не про деньги, если вдруг кто не понял.
В Берлине я поймал состояние дежавю. Снова обнаружил за собой слежку. Вернее, обнаружил ее не я, а один из телохранителей. Я сразу подумал: неужели снова придется обрубать хвосты?
Не пришлось.
С одной стороны, такая забота радует, с другой, тот, кто устроил это, мог бы и предупредить меня, чтобы я лишний раз не нервничал. Но что теперь, раз уж так сложилось, пусть будет, не поднимать же из-за этого шум.
Во Франции сразу что-то пошло не так. На вокзале меня почему-то встречала только жена Пьера, хотя мы договорились с ним, что именно он меня встретит. Уже в машине она объяснила, что Пьеру срочно пришлось уехать в Голландию по каким-то неотложных делам, поэтому ей пришлось меня встречать.
— Александр, я тебя умоляю, не заставляй страдать мою девочку.
До меня дошло не сразу, но, когда дошло, я включился и уже слушал очень внимательно. По словам жены Пьера, за время, прошедшее с последней нашей встречи, Кристина успела увлечься очень хорошим мальчиком из правильной семьи. Поэтому ее мама убеждала меня не портить жизнь девочке и отступиться. Это я рассказываю коротко, на самом деле ее монолог был очень долгим, и мы даже успели доехать до небольшой, уютной на вид площади, где и остановились.
