Договорились?
С этими словами он быстро вышел из комнаты, оставив Иден я Круза наедине.
Когда дверь за ним закрылась, Иден недоуменно пожала плечами.
Кастильо с латиноамериканской экспрессивностью взмахнул руками:
— Очень красиво, очень! У меня такие железные доказательства и неопровержимые улики, что хоть сейчас могу посадить в тюрьму окружного прокурора.
Иден удивленно посмотрела на Кастильо.
— Что ты хочешь этим сказать?
Тот принялся возбужденно расхаживать по комнате.
— Я хочу сказать, что от твоих старании только вред.
— А я не согласна! — воскликнула она. — По–моему, это достаточно серьезные улики для того, чтобы ты мог что‑то предпринять.
Круз удрученно помотал головой.
— Да, нет же, нет! Все это полная ерунда! У тебя нет никаких конкретных доказательств.
Иден недоуменно пожала плечами.
— Но, по–моему, это вполне конкретные доказательства — сапоги из змеиной кожи.
Круз тяжело вздохнул.
— Как они хоть выглядели? Иден на мгновение задумалась.
— Ну, такие, с полосками… Белого цвета. Остроносые. Ковбойские…
Иден снова задумалась, мучительно пытаясь припомнить хотя бы еще одну характерную делать. К сожалению, ей не удалось этого сделать.
— Да, нет по–моему, больше ничего, — пожав плечами сказала она. — Правда, они были очень большого размера.
Круз сокрушенно отвернулся.
— Да, не густо, — сдержанно сказал он. — Подумай еще хорошенько. Может быть ты заметила какую‑нибудь другую характерную особенность. Что же еще в его внешности тебе было видно из твоего несчастного шкафа?
Иден обиженно скривила губы.
— Нет. Я видела только эти ковбойские сапоги из змеиной кожи через узкую щелочку внизу.
Кастильо снова вспыльчиво взмахнул руками.
— Какая глупость, глупость! У нас ничего нет! Даже хуже того…
Иден с недоумением посмотрела на Кастильо.
Он сокрушенно отмахнулся.
— Потому что, сначала выдвинув обвинения, ты теперь даешь возможность окружному прокурору замести следы, даже если он в чем‑то замешан. Неужели ты этого не понимаешь?
Иден гордо вскинула голову.
— Я все равно узнала гораздо больше, чем ты. Так что, вместо того, чтобы ругаться, ты бы лучше поблагодарил меня за то, что я сделала.
Кастильо пренебрежительно воскликнул:
— Ты бы лучше не совала свой нос куда не следует, от тебя только одни неприятности!
Иден очень не нравился тон, которым с ней разговаривал Круз.
Кастильо постоянно в чем‑то упрекал ее, как будто она была его оперативным работником и не выполняла своего задания. Ведь, в конце концов, Иден поступала по собственной инициативе и не ожидала никакой благодарности за это. Однако, столь несправедливые обвинения в излишне неоправданном любопытстве со стороны Кастильо вызывали у нее вполне естественное желание защититься, как и у любого человека.