Ты бы выиграл без боя.
Пока Мейсон никак не отреагировал на страстную речь Джулии, Марк тут же заявил:
Кто иной, как не Марк, мог знать, что Джулия говорит правду. Тем не менее, он лгал и надеялся, что это поможет ему.
— Я хотела подыграть тебе, Мейсон, — продолжала Джулия. — Ты бы выиграл этот процесс.
Марк был готов на все, чтобы выгородить себя и переложить всю вину за происшедшее на плечи Джулии.
— Все, что она говорит — наглая ложь! Джулия обещала вдребезги разбить все обвинения Мэри. Мейсон, она обещала убедить Мэри забрать обратно исковое заявление.
Теперь наступил черед возмущаться Джулии.
— Ты лжешь, Марк! — резко заявила она. — Ты пытаешься расквитаться со мной.
Маккормик ухмыльнулся.
— А ты пытаешься спастись в одиночку.
— Почему бы вам не рассказать все по порядку, — мрачно сказал Мейсон. — Объясните мне, как вы втроем оказались на крыше. И, может быть, это поможет мне восстановить истинную картину событий.
— Джулия организовала эту встречу, — торопливо сказал Марк.
— Это неправда, — снова повторила Джулия.
Но Марк пропустил это заявление Джулии, словно не услышав его.
— Мейсон, я очень сожалею о случившемся, — сказал он. — Я любил Мэри. Ты можешь думать обо мне все, что угодно, но в ее смерти нельзя винить никого. Иначе я бы первым потребовал наказать виновных. Мейсон, это был несчастный случай.
— Может быть ты прав, Марк, — глухо сказал он. — Возможно, я вел себя чересчур эмоционально…
Маккормик почувствовал слабину в позиции Мейсона и тут же ухватился за это. Он вел себя, как плохой боксер на ринге, который случайным ударом разбил противнику бровь и теперь целенаправленно наносит удары в больное место, чтобы вывести его таким образом из боя.
— Да, Мейсон. Честно говоря, я не осуждаю тебя за это, — сочувственно сказал он.
В поведении Мейсона все больше проступала нерешительность.
— Я бы попросил вас уйти. Я хочу остаться один я хорошенько все обдумать, — тихо произнес он.
Воспользовавшись тем, что он колеблется, Джулия также решила надавить на Мейсона.
— Мейсон, пожалуйста, забери свое заявление.
Возможно, ей не следовало излишне давить на него, поскольку он тут же вскинул голову и решительно сказал:
— Я сообщу тебе о своем решении.
Плохо скрывая торжество в голосе, Марк произнес:
— Джулия, давай оставим его одного. Пусть Мейсон осознает свои ошибки.
Следом за Джулией он направился к выходу.
— Мейсон, мы ждем твоего звонка, — обернувшись у двери, сказал Маккормик.
Кэпвелл мрачно усмехнулся.
— Не волнуйтесь, я позвоню. И очень скоро…
— Что ж, в таком случае, нам пора.
Джулия и Марк вышли из квартиры, оставив Мейсона одного. Некоторое время он задумчиво стоял у окна, затем вернулся к своему рабочему столу и, открыв ящик, снова стал перебирать написанные им письма.