Это были вы!
Напрасно Сантана пыталась что‑то прочитать на лице Долорес — оно было непроницаемым.
— Я? Вы что, шутите?
— Совсем нет. Только не говорите мне, что вы все забыли. Не каждый же день у вас тут случается закрывать глаза матери, чтобы она не видела своего ребенка.
Сантана видела, как напряглась Долорес. Медсестра хорошо знала, чего будет стоить ей, если эта история станет достоянием гласности. Ее лицо порозовело, и она смущенно забормотала:
— Ошибаетесь, мадам. Я вас не знаю.
И вышла, с трудом сохраняя вид оскорбленного самолюбия. Сантана направилась к другой двери и, выйдя, плотно закрыла ее за собой, тем самым проявляя уважение к месту, которому нужен был покой.
Остаток дня молодая женщина провела в переживаниях и мучительных поисках решения своей проблемы. Подведя итог своего небольшого расследования, Сантана пришла к выводу, что не все потеряно. Клиника находилась на прежнем месте и Долорес Санчес тоже. Даже доктор был тот же. Очевидность этого спустилась с мексиканского неба словно благословение. Если доктор прежний, значит, и живет он здесь, в Акапулько, а ночует естественно не в клинике. Телефонный справочник ничего ей не дал. Было слишком много Рамиресов. И уж во всяком случае его номер телефона наверняка был на красных страницах. Потом она подумала о портье в гостинице. Обычно портье в шикарных гостиницах знают все и могут все. Достаточно поделиться с ними достоянием доброго дядюшки Сэма и дать немного времени. После полудня у Сантаны был ужо телефон и адрес. Она рассчитала правильно: руководитель клиники не мог выпасть из поля зрения настоящего портье.
И она немедленно села в такси.
Эту поездку, как она поняла, безусловно стоило предпринять. Указанная в адресе вилла была великолепной: с видом на океан и вся утопающая в цветах, она выглядела очень колоритно и ярко. День угасал, и от земли поднимались совершенно головокружительные испарения. Ворота этого имения по небрежности кто‑то оставил открытыми, и Сантана не без некоторой робости ступила на дорожку из розового гравия, ведущую к дому.
«Вот так, запросто, — сказала она самой себе, — я прогуливаюсь от одной шикарной виллы, калифорнийской, до другой шикарной виллы, мексиканской», — и нажала на кнопку звонка. Навстречу ей вышел доктор Рамирес «Уж очень крепко он уверен в своей клинике», — подумала молодая женщина, едва взглянув на него.
Внешне он совсем не изменился: та же бородка, те же бегающие глазки. Он окинул девушку оценивающим взглядом, и его лицо дрогнуло. Почувствовав это, Сантана решительно вошла в комнату.
— Я вас не очень побеспокою, доктор?
— Нет… но вообще‑то… да, — растерянно пробормотал он. — Вы, кажется, Сантана, не так ли?
Рамирес колебался.